lady_dalet (lady_dalet) wrote,
lady_dalet
lady_dalet

Categories:

Легенды Алтая - 2. Арйана Вэджа — Арийский Простор. ЗАБЫТАЯ РОДИНА.

Что любопытно, знать Кавказской Албании была такой же «высокомерной и причудливой», как армянская аристократия, и тоже «из кочевников». Но в Албании тюркская речь главенствовала, была понятна народу, а в Армении — нет. Пожалуй, это и отличало две страны, первыми обратившимися к «новому христианству».

Главой Албанской церкви стал внук Григория Просветителя — Григорис, он известен под именем святой Георгий, здесь целая история, которая стала тайной после 495 года, тогда римский престол запретил упоминать о деянии Григориса.

Однако память о нем сохранилась, его могила в окрестностях Дербента, семнадцать веков это место паломничества и христиан, и мусульман...

Вслед за армянами другие народы Запада увидели величие тюркской веры и устремились к ней. Подобной культуры никогда прежде Европа не знала.

Если в Индии и на Среднем Востоке сплав культур дал новую ветвь буддизма, а также зороастризм, манихейство и другие религии, то здесь, на Кавказе, рождалось совсем иное. Европейцы получали веру, позже названную монофизитством или арианством.

То было еще не христианство, а лишь шаг к нему.

На принципах Единобожия строилась Армянская церковь, это отличает ее — монофизитскую Церковь! — до сих пор. Албаны, иверы (грузины), сирийцы, египтяне, тиграи (эфиопы) тоже создали подобную Церковь, где тоже главенствовал Бог Небесный. И они хотели быть союзниками тюрков. Вот почему они назвали глав своих Церквей по-тюркски «каталык», как основателя Армянской церкви Григория Просветителя. Строго говоря, схема событий всюду была одной и той же: создавались первые Церкви, Иисуса Христа там знали, но не как Бога. Христианским легендам предстояло родиться позже, в греческой и римской среде...
*
Кавказская Албания со святым городом Дербентом по праву сравнима с Кашмиром, она была крупным духовным центром не только Востока, но и Запада. Дербент упомянут в Коране, в Хадисах, а Кавказ — в Библии. Отсюда начиналась дорога христианской Европы. В баптистерии, сооруженном на площади Дербента, тюрки крестили будущих европейских епископов, их будущих прихожан (не в синагоге же те обретали новую веру!).

Следы того исторического баптистерия сохранились. И первый храм, около которого совершался обряд посвящения, тоже откопали археологи, он на горе, за крепостной стеной. От времени здание ушло в землю, но не исчезло. Все на месте.
Правда, с VIII века христиане обходят Дербент стороной. Тогда город захватили арабы и изгнали христиан, у которых были иные взгляды на Единобожие и которые не могли доказать свою точку зрения с оружием в руках.

Мусульмане разрушили Патриарший престол, соборный храм города переделали в джума-мечеть, она до сих пор хранит следы христианского прошлого, уж очень необычна для мечети ее архитектура.

Видимо, тогда, в неспокойное время, чтобы спасти первый свой храм, христиане засыпали его по купол землей, условия гористой местности позволяли маскировку. Такая же участь постигла баптистерий, он тоже оказался под землей. И вскоре о нем забыли... Но для археологов слой лежалой земли не помеха.

При арабах в Дербенте больше не крестили. А крещение, то есть троекратное погружение в освященную крестом воду, — обряд посвящения в тюркскую веру. Его проходил на Алтае каждый ребенок еще за пять веков до новой эры. Обряд не забыт поныне, «ары-сили» или «ары-алкын» называют его. Воду освящали серебряным крестом... Древность — штрих, который придает благородство делу, а людям уверенность, так считал народ Алтая.
С какой стороны ни смотреть, а в Дербенте и Закавказье были первые христианские храмы, первые епископы. Те храмы своей архитектурой повторяли культовые здания, которые строили тюрки на Среднем Востоке, например. Или в степи нынешнего Казахстана. Один к одному.

Вот откуда столь поразительное «сходство в развитии кушанского зодчества, парфянской культовой архитектуры и религиозной архитектуры Персиды, Хорезма», отмеченное многими исследователями. Истоки этого сходства на Алтае, откуда традиции храмового строительства пришли в Индию, на Средний Восток, на Кавказ и далее в Европу. Впрочем, как пишут историки, планировка храмов в виде круга также «восходит к традициям кочевых племен», то есть тюрков. И на фундаменте, в плане повторяющем равносторонний крест, строили храмы только тюрки!

Удивительно сходство кушанского искусства с храмовой готикой Европы. Академик Г. А. Пугаченкова так и пишет: «Скульптуры Буткары (I — III вв.) и особенно Хадды (II — IV вв.) обнаруживают неожиданную общность с романской и готической скульптурой. Здесь, разумеется, не может быть речи о каких-либо контактах, ибо между ними — многовековой интервал времени...»

Однако тут академик права лишь отчасти. Да, в то время, когда создавались кушанские шедевры, Римская империя не могла позволить себе подобное. Не по тому, что там были плохие скульпторы или народ не ценил прекрасное. Там не верили в Бога Небесного, там были другие культы. Только с приходом тюрков, когда духовная культура Запада начинала меняться, он обратился к Богу, а значит, и к традициям храмового искусства. Вот для чего понадобился «многовековой интервал времени», чтобы готическая скульптура приблизилась к кушанскому искусству.

Именно благодаря «контакту», о котором не ведет и речи академик Пугаченкова, стал возможен взлет храмового искусства на Западе.

Первыми изменения пришли в Дербент, к его Патриаршему престолу, и уже отсюда пошла христианская культура, принявшая не только алтайский обряд Единобожия, но и его художественные образы, архитектуру, философию. Усвоенные и творчески переработанные в Парфии и Кушании, они продолжили свое движение на Запад. Увы, любое новое невозможно без «хорошо забытого старого». И чем солиднее старый задел, тем масштабнее новое.

Да, фигуры христианских апостолов удивительно напоминают буткарских и хаддских архатов; химеры — демонов; смеющиеся ангелы — улыбающихся дэватов; задумчивые мадонны и великомученицы — девушек-адорантов, взирающих на Тенгри Бурхана... Потому что они сделаны по одним «лекалам». Это еще один след тюркской культуры в мировой цивилизации.

В Кавказской Албании и Армении новые храмы строили не где придется, а в святых местах — пирах, куда испокон веков ходили люди. Древние святилища уступали место храмам и монастырям. Новая вера, растворяя в себе иные элементы старой веры, не вступала в конфликт с ней. Меняя праздники и святые места, населению меняли мораль, тут тюрки действовали очень мудро и дальновидно. Видимо, поэтому до сих пор к древним албанским памятникам приходят и христиане, и мусульмане. Называют их своими...

Веротерпимость — продукт тонкой политики и ума. Она началась тогда в Кавказской Албании и медленно распространялась на всю Европу. В этом и был смысл нового государства тюрков, его Патриаршего престола. В распространении веры!
Рим пока стоял очень далеко в стороне, был на задворках духовной жизни, потому что не знал о Боге Небесном, молился Юпитеру. И силой, вернее, гонениями доказывал правильность своей веры. Тем самым он расписывался в собственном бессилии.

«Вечный город» уже не представлял собой ничего. Он пережил свое время. Те, кому через века папа римский там даст имя иудеохристиан или «ранних христиан» и назовет своими предшественниками, ходили в IV веке обрезанными, посещали синагоги, современники называли их иудеями или иудеянами. Но на них в пору гонений никогда не обрушивался гнев императора. Нейтральные люди, не представляющие опасности. За ними не стоял никто!

Вплоть до I Вселенского собора (до 325 года) было именно так.
...Культуру Алтая в IV веке познавал не только Кавказ. Переселение народов, разливаясь широкой рекой, орошало новые и новые земли Средиземноморья. Но на Ближнем Востоке его история сложилась совсем иначе, чем на Среднем Востоке. Эти земли, слишком далекие от Алтая, после падения Ахеменидов не подчинялись тюркам, они входили в состав Римской империи, и римляне зорко следили за их «чистотой». Сюда не пустили проповедников из Дербента, наоборот, охотились за ними. Поэтому жители Малой Азии и Европы, не имея связи с Дербентом, мало знали о всадниках, о посланниках Алтая.

Строго говоря, морской путь в Египет был известен до Кушан. Еще при Ахеменидах обследовали течение реки Инд и отправили отряд судов из персидских владений в Гандхаре вниз по Инду в Индийский океан и далее к Египту. После этого Дарий завоевал долину реки Инда и открыл торговлю по морю. При Парфии торговля стала интенсивнее, потому что открытие муссонного течения заметно облегчило передвижение по морю.

В китайских источниках засвидетельствованы сухопутные контакты с Парфией, следовательно, через парфян китайские товары стали попадать в Европу, что увеличило товарооборот. После упадка Парфии посредничество в торговле и контроль над торговыми путями Запада с Востоком перешли к Кушанам, ставшим преобладающей силой в Центральной Азии... Естественно, торговля расширяла культурные связи, это аксиома.

Приход тюрков-проповедников в Египет, вернее, в Северную Африку совпал по времени с ростом Кушанского ханства, то есть с I веком.

Тогда и прибыла сюда делегация Востока, чтобы основать «африканские» колонии Алтая, они вошли в историю Египта как «индийские общины». Вскоре то были признанные центры Единобожия. Вера и торговля транзитными дорогими товарами славили их далеко за пределами Египта. Эти «общины» размещались в Александрии, Белой Гавани, возможно, Мемфисе, а также в Аксуме (современная Эфиопия).

Историкам известен один такой «индийский» купец по имени Фирм, живший в III веке, который сказочно разбогател на заморской торговле. Его сила была столь велика, что он заявил об отделении Египта от Римской империи. Этот человек мог купить любой легион римской армии, любого чиновника. И он покупал их. Купца обогатила торговля бумагой, которую умели делать только тюрки и которую они же привозили из Кушанского ханства.

Разумеется, «индийские общины» не исчезли с падением Парфии и Кушании, торговля давала им безбедную жизнь. Будучи влиятельными, они оказывали поддержку духовенству Дербента, и те вместе с торговыми караванами направляли на Запад своих подопечных... Памятники Армении и Кавказской Албании запечатлели облик тех людей — в тюркской одежде, верхом на конях, но без стремян. Без стремян ездили женщины и камы (священнослужители).
Как они проповедовали у чужеземцев? Обычно. Вера в Бога — язык, доступный даже глухим. Всесильные торговцы конечно же заботились и о переводчиках, и о безопасности проповедников. Все было как всегда, те традиции поныне продолжают в Египте потомки выходцев из «индийских» общин — копты.
Чистая вера и здесь делала слово «кипчак» равным слову «святой». Армяне, грузины, египтяне так запомнили его: воистину «по делам их узнаете их». Тюрки знали: веру нельзя навязать, но ее можно привить. Хрупкая и ранимая, она черпает силу не из мудреных слов и красивых мифов, а из поступков людей, несущих ее.

*
Здесь важно буквально все.
...О ближневосточных страницах Великого переселения народов, о приходе тюрков в Египет, историки долго ничего толком не знали, жили легендами, ими же и придуманными. Но в 1945 году египетский крестьянин Мухаммед Али аль-Саннами в развалинах древнего поселения (ныне Наг Хаммади) нашел спрятанные древние рукописи. Целых тринадцать томов. Листы папируса были переплетены в кожу. Жена крестьянина, женщина темная и суеверная, увидев находку, бросила ее в очаг, опасаясь, что она принесла в дом болезнь. Так сгорела одна из рукописей, уцелела лишь ее малая часть. Но найденный клад не пропал, его купил Каирский музей.

Такова судьба одного из великих археологических открытий ХХ века, коптской библиотеки из Наг Хаммади, одной из древнейших библиотек мира. Не сразу обрела она читателей. Только в 1977 году Джеймс Робинсон опубликовал ее содержание, и историческая наука узнала о наличии пятидесяти двух духовных сочинений, о которых раньше никто даже не догадывался.

В библиотеке было около 1000 листов текста. К сожалению, многочисленные работы Робинсона, посвященные этой теме, в России не выходили. В 1981 году он рассказал об истории своего открытия (см.: Robinson J. M. From the Cliff to Cairo: The Story of the Discoverers and the Middleman of the Nag Hammadi Codices //Colloque International sur les Textes de Nag Hammadi. Quebec, 1981), а в 1984 году опубликовал факсимильное издание кодексов из Наг Хаммади.

Каждый том представлял сборник сведений, написанных в конце III или в начале IV века, в них упоминания о Боге Небесном, они, пожалуй, единственный документ, описывающий духовную жизнь Египта в раннем Средневековье. Тайна над прошлым с их помощью, кажется, приоткрылась. По крайней мере, словно бабочка из ящика Пандоры, вылетела надежда. Но... описывалось христианство без Иисуса Христа.

Взгляды авторов (или автора?) настолько отличались от более поздних толкований греков или римлян о вере и имели так мало общего с «официальным» христианством, что западная наука предложила специальный термин «египетское нецерковное христианство». Правда, согласиться с ее предложением трудно, очень уж противоестественно оно. При чем здесь христианство, если в нем нет Христа?
Надо быть слишком легкомысленным, чтобы поверить в связь тех свитков с христианством.
А потом, откуда такая уверенность? Никто же не расшифровал тексты до конца, никто даже не знает, на каком языке они написаны. О чем можно тут говорить? Об их содержании судят по отдельным знакомым словам, встречающимся в местных наречиях. Например, А. Хосроев, тоже выпустивший книгу, посвященную древней библиотеке, замечает: «...место, где найдены тексты из Наг Хаммади, было саидоязычной областью».

Что за язык, был ли такой в хранилищах Вавилонской башни? Догадаться нельзя.

Недоумение усиливается, когда узнаешь, что в нем, в этом языке, оказывается, «за жуткой орфографией... можно тем не менее разглядеть вполне субахмимский, а не саидский диалект». Диалект чего? Какого языка? И кто такие «саидоязычные» люди? Какую культуру несли? О том ученые молчат...

Эти околонаучные хитрости — дань политике, они нужны, чтобы скрыть тюркский язык, на котором вели богослужение и который использовали при написании богослужебных книг в Церквах, принявших Единобожие... Все просто.

Некоторые ученые выделяли в коптском языке чуть ли не 15 диалектов. Субахмимский, или ликопольский — по названию города Ликополь (коптский Асьют), «на юг от которого, предположительно, простиралась зона распространения этого диалекта», делится еще на три группы «со своими фонетическими, морфологическими, лексическими и, весьма вероятно, синтаксическими особенностями». Саидский диалект считался диалектом Южного, или Верхнего, Египта и употреблялся близ древней столицы Египта Фив (современный Луксор). Бохрайский был диалектом Нижнего Египта. Он и стал, как полагают языковеды, языком «коптского богослужения, так как Александрия была местом коптского патриарха».
О тюркском же языке, который главенствовал в коптских (индийских) общинах, ученые даже не упоминают и тем самым в очередной раз ставят себя в неудобное положение.

Многое здесь открывает история Коптской церкви и коптов, как правило, выходцев из «индийских общин», их воспитанников. Эти люди в III веке уверенно обосновались в верховьях Нила, они диктовали правила морали. Египет тогда, как и Кавказская Албания, официально принял Единобожие. Ныне в Египте их зовут христианами, чтобы отличить от других сторонников Единобожия, мусульман.
Но копты хранят традиции богослужения, которые были у тюрков Алтая, там мало, что изменилось за века, хотя появились копты-католики, копты-протестанты. Их появление скорее дань моде и времени. Община как была, так и осталась, как торговала, так и торгует... то очень консервативная организация, веками увлеченная своим бизнесом и сохранением веры.

«Копты» по-тюркски — «возвысился», «возвышенный». Так когда-то назвали египтян, принявших Единобожие. Снотворные истины официальной науки сообщают о коптах совершенно иное, мало связанное с реальностью. Утверждают, что Церковь, мол, им создали греки. Но греки-христиане появились после захвата Египта Византией, они пришли на Нил, когда там все уже было.

Слово копт выводят из греческого Aigiptos — «египтянин» и из арабского аль-кубт, аль-кыбт, аль-кобт — «принявшие христианство египтяне». Но это чьи-то явно умозрительные версии. Неужели египтяне так глупы и не самостоятельны, что взяли себе греческое имя? Еще слабее арабская версия. Имя «копт» появилось задолго до появления в Х веке арабского языка, значит, оно никак не могло быть арабского происхождения.

В V веке греки силой подчинили Коптскую церковь, посадив в Александрии своего патриарха, но копты не приняли его. Там с тех пор соседствуют два патриарха, греческий и египетский. Причем египтянин вслед за армянами, албанами и грузинами назвал себя по-тюркски «каталык», на этой основе уже потом возник греческий вариант слова «католикос». Тогда же впервые у коптов прозвучал и другой титул — «папа», вернее, «апа», что по-тюркски «святой отец». Надпись «апа» есть на коптских иконах IV—V веков... Все это явно не случайная информация.

И еще. Церковь коптов отличалась от того духовного института, что был в Византии. У коптов есть нехристианские обряды и догмы. Причем их немало: что-то, видимо, осталось от прошлых верований египтян, а что-то взято от тюрков. Это бросается в глаза даже по прошествии веков. Так или иначе, а в 1727 году русский чиновник Василий Григорович-Барский, побывав в Египте, писал: «Копты, си есть, обрезанцы, иже и крестятся и обрезаются, и многих прочих ересей держатся».

И далее: «Греческого Патриарха и всех с ним за неверных быти почитают». Интересное наблюдение. Но как увязать его с «греческим началом»?

Копты — уникальное общественное явление, его надо принять таким, каким оно есть. Это древо, сохранившее родные корни и дополненное тем привитым, что принесено с Востока — Единобожием. Крест Тенгри с начала IV века венчает их храмы. Тюрки и здесь не навязывали новую культуру, копты взяли столько, сколько считали нужным, вот почему разноликой становилась «новая вера».
Каждый народ сохранял лицо, а каждая Церковь — индивидуальность.

Армянская, Албанская, Иверийская, Сирийская, Коптская, Эфиопская церкви, стоя на почве Единобожия, отличались одна от другой. Даже крест не сглаживал их различий. К слову, точно такой же равносторонний крест сиял над буддийскими храмами со времен Канишки. Он подчеркивал общность веры, единство ее истока.
В Египте сохранились кладбища, храмы, епископские резиденции той поры — всюду знак Тенгри, «небесный» знак Алтая. К сожалению, находки слабо изучены, археологи, не жалея себя, терзают истину, пытаясь увязать свои находки с греческим христианством, а они никак не увязываются.

Впрочем, былое проясняют не одни археологические находки, а родословные иных коптских родов тоже. Хронология человека, это куда серьезнее.

Копты зовут предков «ахмар», на их языке «рыжий», «светлый». О светлых синеглазых пришельцах сообщают легенды Египта, Судана, Эфиопии. Что были за люди? Откуда? Они, например, уверяли, что на их родине вода превращается в прозрачный камень, а солнце летом светит даже ночью. И одеждой удивляли они — штанами, рубахами, башлыками, сапогами. Разумеется, эти люди ездили верхом на конях, которых Ближний Восток прежде не видел. Ослы, верблюды там были, а кони — нет.
*
Эфиопские предания гласят: священные тексты IV века, связанные с именем Бога Небесного, написаны на древнем амхарском языке. Этот язык — тюркский язык! — был языком двора и знати. Его диалект не исчез и поныне, хотя сам язык, конечно, изменился, все-таки прошло более полутора тысяч лет. Однако основа осталась нетронутой, ибо тюркский язык, как давно подметили специалисты, отличает «сверхстойкость к изменениям». За тысячу лет устаревает пять — семь процентов его слов. Только древним языкам свойственно это редкое качество.
*
Влияние «индийских общин» на язык Эфиопии и Египта никто из ученых даже не отрицает, но в чем проявлялось то влияние, не говорит. К слову, в языке коптов, живущих в провинциях Верхнего Египта, очень много древних тюркских слов и выражений. Целые фразы. Откуда?.. Но этот вопрос задали неспециалисты.

Народ амхара (амара) в Эфиопии относится к потомкам светловолосых пришельцев, они изменили жизнь страны. Древний амхарский язык, на котором записаны священные тексты IV века, в Эфиопии называют гёэз. Название образовано от двух древнетюркских слов: гё (весть, слава), эз (сущность), буквально «сущность вести». О сущности же учения шла речь!

На этом языке слово «царь» звучало как «нагаши».

Пришельцы, чьим покровителем был змей или дракон (опять, как у нагов), дали Эфиопии и другим странам Северной Африки веру и письменность. Направление эфиопского письма было тюркским — справа налево. И рунами, правда, чуть иного вида.

Допустим, язык вещь спорная. Но после себя ахмары оставили еще и курганы. Одним из первых раскопки в этом районе провел участник англо-американской экспедиции Г. Райснер, ученые изучили сто пятьдесят древних кладбищ, восемь тысяч погребений предстали их взору. Но то была малая толика. Курганы во множестве встречались еще недавно в верховьях Нила, южнее Абу Симбела, Кустула и Баллана, потом все ушло на дно Асуанского водохранилища.

История утонула в прямом смысле слова, будто нарочно.

Но уже не скрыть что древние пришельцы с севера погребали вождей в сводчатом склепе кургана, венчая их головы серебряной короной. Железный меч, конь, покрытый серебряной сбруей, и четыре удавленных раба, а также посуда и другие предметы быта сопровождали их в мир иной... Откуда обряд? Даже школьник, получивший удовлетворительную оценку на уроке краеведения, угадает с первого раза, но его мнение для западной науки с ее солидностью не авторитетно. А своего, собственного мнения у науки нет.

Хотя откуда быть сомнениям? Курганы в районе Абу Симбела, Кустула и Баллана в 1931 — 1934 годах исследовал археолог У. Эмери. Открывшаяся перед ним картина удивительна: захоронения повторяли царские курганы степей Евразии.

Не только их, но и гробницу Хильдерика (отца крестителя франков) во Франции, знаменитый курган Саттон-Ху в Южной Англии, «Черную могилу» на Руси. И география, и хронология памятников совпадала с маршрутом Великого переселения народов. Как это можно не замечать? А ведь не заметили!

Духовная и материальная культура Алтая неповторима в своих образах и сюжетах. Тюркские мотивы главенствуют в церковном изобразительном искусстве, они одинаковы в Нубии, Европе и на Руси. Отмечая их поразительное сходство между собой и с буддийскими сюжетами, ученые не могут объяснить увиденное. Потому что Алтай — исток этой культуры — скрыт под нагромождением невероятных гипотез.
А это же там, на Алтае, вода замерзает зимой, солнце подолгу светит летом, обряд захоронения абсолютно такой, как у ахмаров, в курганных склепах. И корона, и орнаменты на убранстве меча — все одинаковое, их не спутать. Орнамент — это метка культуры, ее «тамга»... Отнюдь не случайна в Северной Африке и тюркская топонимика. Она на виду. На любой географической карте. И тоже «незамеченная».

Европейцы говорят «Голубой Нил», а правильнее — «Небесный». Не от голубой воды название, вода там мутная, но в ней отражалось Небо, на это указывает имя притока Небесного Нила — Диндер-риве (оно от тюркского «Тенгри»). Там, на берегах были духовные центры Коптской и Абиссинской церквей. Сюда, к святым местам, поныне приходят паломники, Голубой Нил они называют словом, понятным только избранным, — «Абай». Название сохранилось на картах Эфиопии. Это и есть «ахмарский» язык рыжеволосых предков коптов.

Но ярче всего тюркский дух здесь проявился все-таки в другом.
...Принято думать, что Египет прославили пирамиды, нет — Александрийская школа. Отсюда вышли выдающиеся философы, математики, астрономы, врачи Запада. Не в Греции, не в Риме постигал науку античный мир, в Александрии ученые получали свои знания. То уникальное место на планете, здесь сходились Восток и Запад древнего мира.

«Путешествия за мудростью» из Египта к тюркам, в Кушанское ханство были две тысячи лет назад важной приметой времени. «Багажом» тех поездок стали религиозно-философские идеи, которые ученые везли оттуда. Идеи Алтая о Боге Небесном в Египте получили ювелирную шлифовку. Речь идет о гностицизме, который владел умами философов в I — III веках. Собственно, эти контакты ученых и готовили почву для прихода новой веры в Египет и Европу. Вера же не рождалась из ничего.

Не случайно в тюркском монастыре близ озера Иссык-Куль, по преданию, захоронен евангелист Матфей, написавший один из текстов Нового Завета.
Tags: АРШИ, Алтай, Георгий Победоносец, Египет, М. Аджи, Религии, Рим, Тенгри, армяне, информационная война, тайцы
Subscribe

  • Переезд. От вишнёвого сада к Бюлю.

    Сегодня нам удалось побывать в месте соединения двух рек, одна из них - Кинциг - бывшая речная дорога римского флота. Хотя тут нужно встряхнуть…

  • Гроза.

    Воскресный вечер не должен был так закончиться... Полез негатив и через некоторое время началась гроза, это был первый гром в этом году и снова…

  • Переезд. Откуда есть и пошёл Бюль. (ВВ - Beauty and the Beast)

    Сказки эльфийских фей Нет, сегодня не пятница. Но в пятницу почему-то не было настроя писать. Я прислушивалась и приглядывалась и даже где…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments