lady_dalet (lady_dalet) wrote,
lady_dalet
lady_dalet

Categories:

"Памяти моих предков посвящаю..." - 3.

2.2 Образование Александртальской колонии.

Хозяйственное и культурное устройство, духовная жизнь.

Отведенная поселенцам территория была расположена на холмогорье, пересеченном небольшими лиственными лесами и многочисленными оврагами. Ландшафт был привлекателен тем, что представлял переход от дремучих северорусских лесов к южным степям, т. е. он соединял богатства и прелести обеих географических зон. На востоке границей новой колонии была река Кондурча, на севере и юге - русские села.

На западе непосредственными соседями стали несколько лет спустя переселившиеся немецкие переселенцы, которые во время польской революции 1863 - 1864 гг. пришли сюда беженцами. Поселенцев этих называли «новыми немцами». По вероисповеданию они были лютеране и католики.
На расстоянии от 10 до 30 км были расположены мордовские, татарские и чувашские села.

Обустройство начали со строительства землянок. Покупались и русские избы, которые перевозились и быстро собирались в жилища. К зиме кровом были обеспечены и люди и скот. Таким образом, колонисты первую зиму пережили сравнительно хорошо.

Весной 1860 года начался подъем целины. Почва оказалась плодородной и высокоурожайной. Под черным слоем перегноя толщиной до одного метра лежала толстая шихта жирной красной глины. При достаточном количестве осадков собирали рекордные урожаи, но при их недостатке часто нависала угроза неурожайного года. Поэтому крестьяне вынуждены были держать много рабочего скота, чтобы сразу, как только земля отойдет от мороза, в целях сохранения влаги, за 8 - 10 дней закончить весенний сев. Густые всходы покрывали поле и препятствовали испарению влаги.

Согласно плану заселения закладывались села: Александрталь, ставший самостоятельным коммунально-политическим центром полного самоуправления, к нему примыкало Надеждино, на севере - Мариенталь, на западе расположились Муравьевка, Гротсфельд, Орлов, Шенау, Линденау, Мариенау, Либенталь.

Русские власти, после того как земли были отмерены, в дела Александртальской колонии уже не вмешивались. Жалобы и затруднения за пределы колонии не выносились, а разбирались самими колонистами.

В каждом селе избирался сельский староста, в обязанности которого входило в случае необходимости собирать сход с участием от каждого двора по человеку для обсуждения назревших вопросов или сельских проблем.

Решения, вынесенные на таких сходах, носили характер предписаний, которые должны были выполняться беспрекословно. Сельский староста отчитывался один раз в год о проделанной работе. В остальном каждый крестьянин был полновластным хозяином своего двора.
В своей Истории Бернгард Гардер пишет:

«Оглядываясь назад на историю колонии меннонитов в России, мы становимся перед загадкой: как могло самодержавие, руководимое абсолютистским царем государство, дать иммигрантам полное демократическое управление. И это в то время, когда крепостное право в стране лишало русского крестьянина какого бы то ни было персонального права.

Можно только полагать, что этот эксперимент самоуправления русским правительством был проведен, чтобы в 1862 году, после отмены крепостного права, использовать его при внутриполитических мероприятиях с собственным населением. Но ничего подобного не произошло, осталась система, при которой никакой хозяйственный прогресс был невозможен.

Только в 1906 году, в связи с первой революцией, после поражения России в войне с Японией, министру Столыпину удалось сделать крестьянина владельцем ему предназначенного земельного участка».

Крестьянские дворы строились большими, добротными, по образцу западно-прусских.
Каждый двор был ограничен с трех сторон в виде подковы: дом с конюшней как одно целое, напротив амбар и отдельно, чуть отдаленно, просторная рига для хранения кормов.


конюшней как одно целое, напротив амбар и отдельно, чуть отдаленно, просторная рига для хранения кормов.
Трудности со строительными материалами, которые доставлялись гужевым транспортом за 50 - 60 км, преодолевались организацией их собственного производства. Был построен кирпичный завод и в Мариентале Яковом Регер, непосредственным соседом нашего деда, в доме которого впоследствии жила наша семья, родились и выросли мы.

В добротности произведенного этим предприятием огнеупорного, водонепроницаемого кирпича довелось убедиться не только нашему поко-лению, но и моим племянникам Николаю и Владимиру, которые с нами, тре-мя братьями, Иваном, Гергардом и мною, посетили эти места в 1973 году, на 60-летие Ивана. Когда мы пришли на место, где стоял дом Регер, племянники обратили внимание на оставшиеся кирпичи, которым было больше ста лет, добрую половину из которых они пролежали разбросанными по земле. При всем своем старании, ударяя кирпич о кирпич, разбить их не смогли.


Колония развивалась бурно, жизнь колонистов протекала в упорном труде, постоянных поисках новых методов хозяйствования, повышения эффективности сельскохозяйственного производства. Несмотря на хорошие урожаи высокосортной пшеницы, доходы от ее продажи, ввиду низких цен, уже не могли удовлетворять требованиям хозяйственного развития.

Тогда, в 90-х годах прошлого столетия, колонисты начали усиленно развивать продуктивное животноводство, резко увеличивать поголовье молочного скота, повышать его продуктивность. Организовывалась переработка продуктов животноводства, производство тельзитского сыра, экспонировавшегося на всех выставках страны.
Эти усилия обеспечили резкий рост денежных доходов и благосостояния колонистов, не говоря уже о насыщении рынка не только региона, но и страны высококачественными продуктами.

В 1906 году в Александртале была основана база сельскохозяйственных машин и орудий, вскоре переросшая в «Торговый дом Гардер, Вибе и К°». Компаньонами этого предприятия были два брата Гардер, один из которых - автор упомянутой выше «Истории Александрталя», и два родных брата Вибе, один из которых - наш отец, Корней Иванович. В селе Кошки, уездном, а теперь районном, центре, они открыли филиал своей фирмы, с помощью которого население могло продавать излишки зерна и приобретать технику.
Этот «Торговый дом» сыграл весьма положительную роль в развитии сельского хозяйства не только меннонитской колонии, но и далеко за ее пределами. Во многих русских хозяйствах посев, кошение, молотьба начали выполняться с помощью машин, в избах появились сепараторы. Где одиночным хозяевам это было не под силу, механизмы приобретали и эксплуатировали сообща, кооперативно.
В результате такого бурного развития, быстрого роста населения, колония испытывала недостаток земельных угодий. Расширение их происходило за счет покупки земли у русских помещиков, аренды у государства. Так в конце XIX столетия колонисты закупили у помещика Массолова около трех тысяч десятин земли.

В 1897 году арендовали у государства 2.000 десятин земли в районе железнодорожной станции Безенчук. Это были бесплодные земли между Самарой и Сызранью, которые из-за недостатка воды не удавалось заселить русскими крестьянами. Неутомимым трудом, рытьем колодцев, в которых вода появлялась только на глубине 20 метров, эти степи были превращены в плодородные земли. В них выросли большие благоустроенные крестьянские подворья, окруженные благоухающими садами.

Все эти приобретенные земли вне границ колонии назывались хуторами. Жизнь колонистов и хуторян была на удивление мирной и безмятежной.

Б. Гардер в своей «Истории» пишет:

«Вопрос безопасности в Александртале никогда не был первоочередным. Известно только два случая, когда члены одной семьи были убиты, а другой - ранены. Чаще бывали кражи, крали лошадей и зерно.

Eсли глубже вдуматься в обстоятельства, то нельзя не удивляться безмятежному спокойствию этого крестьянского микромира. Ясно, что из-за разящей разницы в культурном отношении народы окружающих сел были ущемлены в правах, т. к. они в общественном, социальном и хозяйственном отношении колонистами были побеждены.

Еще стоит отметить, что у этих полукочевых народов мораль была на низком уровне.
Наконец, хранение спокойствия колонии вызывает удивление еще и по тому, что люди не владели здесь никаким оружием».

Наконец, хранение спокойствия колонии вызывает удивление еще и потому, что люди не владели здесь никаким оружием».
Большое внимание колонисты уделяли культурной и духовной сторонам жизни. Каждое село имело свою школу, которая строилась и содержалась силами села.

Шесть лет учебы были обязательными для всех детей. Преподавание велось на немецком языке. Учебники присылали из Германии. Позднее был введен и русский язык, но только в последних трех классах. С помощью школ, где пение и музыка играли большую роль, устраивались летние вылазки на природу, в лес, что привлекало как учеников, так и родителей, и всех объединяло в одну школьную общину.


Большинство семей поддерживало живую связь с родными, оставшимися в Германии. Письма оттуда читались и обсуждались в кругу родных.

Издаваемые в Германии журналы, христианские листы оживляли память и укрепляли связь. Чтение этих изданий превращалось в лекции, которые после чтения живо обсуждались. Так что и молодое поколение было в курсе событий, происходивших на родине отцов.

Гостеприимство в колонии относилось к неписаным законам. Оно охватывало не только родных, друзей и соседей, которых не выпускали из дома без угощения, но распространялось и на странников.

Большинство колонистов имели среди русских друзей, с которыми обменивались визитами. Это были в основном семьи русских врачей и других представителей интеллигенции, отношения с жителями русских сел были мирными и доброжелательными. Торжества: помолвки, свадьбы, похороны превращались в общие, на которые сходилось и съезжалось до 50 семей.

Во второй половине октября, с наступлением морозов, начинали резать скот. Эти дни тоже превращались в праздники, в которых принимали участие соседи и родственники.

Дружно, общими силами мясо разделывалось, перерабатывалось, делались колбасы, зельцы и другие мясопродукты на всю зиму. К вечеру обычно вся работа заканчивалась, а остаток дня посвящался общению с гостями и торжественному ужину.

Сельским увеселением считалось катание на коньках, для чего были широкие возможности. Оно распространялось не только на молодежь, но и на пожилых. Такие катания носили характер торжества, при этом предоставлялась возможность общения с русским населением.

Во время половодья ездили верхом не только из-за бездорожья, но и ради спорта. Обычно такие массовые выезды верхом организовывались во время Пасхи. В этих кавалерийских выездах и соревнованиях доводилось участвовать еще и мне, будучи 8-10-летним парнем.

Все эти эпизоды в жизни колонии были ярким отражением стремления к общению между собой. Вечерами обсуждалось прочитанное, вспоминалось прошлое, при этом часто играли в шахматы, шашки.

Игра на деньги запрещалась, алкогольные напитки не употреблялись.

Основополагающими для меннонитов во всех их жизненных делах были положения Священного писания, служившие не только нормой исповедания, но и нормами практической совместной жизни. Где бы ни создавались новые общины, этот принцип оставался базисом жизни.

Первая мировая война. Октябрьская революция.

Во время первой мировой войны со стороны шовинистских правительственных кругов началась травля немецких иммигрантов, хотя лояльность меннонитов к России всегда была вне сомнения.

В довоенное время около двух тысяч мужчин служили в лесничествах. В 1915/16 годах насчитывалось в различных вспомогательных военных организациях: обществе красного креста, лазаретах, лесничествах до 22 тысяч служащих меннонитов.

Кроме того, меннониты добровольно жертвовали массу продовольствия для русской армии.
Со стороны национальной группы внутри правительства (черносотенцев) меннонитов настиг особенно тяжелый удар.

Министр внутренних дел Хвостов внес предложение, чтобы в отношении воинской службы меннониты были приравнены ко всем остальным гражданам России. Но до того как это предложение было рассмотрено, Хвостова сменил Протопопов, который расценил привлечение меннонитов к воинской службе как пренебрежение к ранее изданному указу о привилегиях и отклонил его.

И все же недоброжелателям удалось добиться принятия в 1916 году закона об изгнании меннонитов из России. Только напоминанием о своем фризо - голландском происхождении, доказательством которого служили фамилии и диалект меннонитов, а также подтверждение нидерландского правительства, удалось предотвратить приведение этого закона в исполнение.

Октябрьская революция упразднила земельную собственность. Раздел оставлял каждому члену семьи 2,5 десятины. Реальную перспективу хозяйственного развала колонии предотвратила введенная революционным правительством новая экономическая политика, НЭП. Снова была разрешена частная собственность, поощрялась личная инициатива.

С введением НЭП организовалось Александртальское скотоводческое, посево-хозяйственное товарищество, оживилось выведение племенного скота, ввоз сельскохозяйственных машин из-за границы, торговля, организовывались выставки.

Для колонии это время в какой-то мере означало повторение времени первоначального обоснования. Но этот новый расцвет был очень непродолжительным.

Начавшиеся с конца 1928 года репрессии, коллективизация побудили многих колонистов покинуть страну.

В 1929 году много семей Александртальской колонии бросало свои хозяйства и уезжало в Москву, чтобы оттуда уехать за границу. Удалось это очень немногим, остальные были возвращены в колонию, а главы большей части этих семей репрессированы.

Последние годы периода возрождения колонии, 1925-1928, довольно хорошо сохранились в моей памяти. Помню и дальнейшие события, в частности, касающиеся жизни нашей семьи, ее ближайших родственников и друзей. Поскольку для дальнейшего повествования отсутствуют какие-либо письменные материалы, придется мобилизовать свою память, прибегнуть к памяти своих сестер.

Из нашей колонии высылка производилась в 1930-31 годах в три этапа: первый, с наибольшим числом семей - в Архангельскую область, второй - в Читинскую область (Прибайкалье) и третий - в село Коровино Куйбышевской области.

В общей сложности из колонии было выслано около одной трети семей.

Полностью Александртальскя колония была очищена от немцев - потомков ее основателей в 1941 году путем насильственного переселения в Казахстан. На этом колония и перестала существовать.





Tags: XIX век, XX век, Германия, Германия и мир, Европа, Россия, история, немцы
Subscribe

  • Переезд. Будем знакомы, «ЕШЕ»

    Чуть поодаль от дома И так наискосок Недавно мне приснилось Сегодня приоткрылось И именем своим В альбом моих знакомых Эльфийцев, но не гномов…

  • Посмотреть штоли 🎥

    На прошлой недели прошлись по многим ВВ, своего рода чистка и постановка вопроса - ты с кем на этот раз? Чихвостили жестко, полезли обиды и…

  • Так, что же делать, маркиз 🤨🙃

    Быт занимает время и силы и отвлекает от Абсурдестана и его выпендриваний. Кто-то ещё пытается делать умную рожу лица, но выдаёт себя по полной.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments