lady_dalet (lady_dalet) wrote,
lady_dalet
lady_dalet

Categories:

Александр Усовский. Как Черчилль развязал Вторую Мировую. Главный виновник войны - 2.

Частичная стабилизация мировой экономической системы в 1925–1929 годах, правда, отодвинула нацистов во главе с Гитлером на обочину немецкого политического процесса. Казалось, жизнь налаживается, и надобности в экстремистских политиканах более не возникнет. Перед Рождеством 1924 года Гитлера выпускают из тюрьмы как уже безвредного «бывшего» экстремиста (на выборах правые потеряли более половины своих мест в рейхстаге), и ему даже официально разрешают функционирование нацистской партии. Для баварского (не говоря уж об общегерманском) правительства эта партия, как им казалась, уже не опасна — от былой пламенной пассионарности народа начала двадцатых мало что осталось.

Есть мнение, что если бы не всемирный кризис, начавшийся в 1929 году в США, то никакого нацизма в Германии не было бы.

Может быть. На выборах 1928 года в рейхстаг прошло всего 12 депутатов-нацистов! Но это — на поверхности…

Немцы не стали жить лучше. Бедные оставались бедными, богатые — богатыми. И пропасть меж ними только росла. А главное — правительство не могло предложить НИЧЕГО, что исправило бы вопиющее неравенство в стране. И работа братьев Штрассеров приносила свои плоды — к нацистам приходило все больше и больше обездоленных, утративших надежду, способных на все людей — в Пруссии, Ганновере, даже в «красной» Саксонии и пролетарском Гамбурге.

Конечно, если бы не мировой кризис, то неизвестно, во что бы вылилась политическая ситуация в Германии.

Но 29 октября 1929 года произошел крах нью-йоркской фондовой биржи, западный мир содрогнулся в корчах немыслимой доселе экономической катастрофы — и закономерным результатом его в Германии стал приход к власти в стране национал-социалистической немецкой рабочей партии, знавшей (или говорившей, что знает) способ выхода из экономического коллапса. И чем труднее становится экономическое положение Германии, тем выше росли политические акции НСДАП.

Выборы сентября 1930 года — 18 % избирателей проголосовало за нацистов.

Выборы июня 1932 года — уже 37 % избирателей проголосовало за нацистов.

К этому времени окончательно рушится экономическая система Веймарской республики — падение производства достигло 40 %, загрузка производственных мощностей составляла в машиностроении 27 %, в автомобилестроении — 25 %, в строительстве — 20 %, а всего германская промышленность в это время работала на треть своей мощности. 44 % наемных рабочих оказались полностью безработными, 23 % работали неполную рабочую неделю. Нищета и безысходное отчаяние вновь охватили Германию.

Веймарская политическая система рухнула вслед за экономической. Рычаги управления Германией нужно было передавать иным, новым политическим силам, которые найдут выход из сложившегося тупика.

К концу 1932 года в НСДАП — один миллион членов. Крупнейшая партия в стране! Неудивительно, что именно ей растерявшееся от экономических неурядиц руководство Германии приняло решение поручить формирование правительства.

Нацисты пришли к власти в Германии законным путем!

Это — исторический факт.

Немецкий народ вручил ключи от своей судьбы национал-социалистической партии Германии. И отныне цели НСДАП и цели германской нации стали равноценными величинами (хотя, наверное, далеко не все в Германии были в восторге от такой перспективы).

Если большевики в России узурпировали власть, разогнав Учредительное собрание (кое и должно было определить будущность страны), то нацисты в Германии получили власть в результате народного волеизлияния, в результате тотального экономического и политического краха системы, по существу, навязанной немцам извне. Это — очень важный момент для всего будущего Европы и мира.

Завершим наш пролог.

30 января 1933 года лидер победившей на общегерманских выборах в рейхстаг национал-социалистической немецкой рабочей партии Адольф Гитлер едет из берлинской гостиницы «Адлон» к рейхспрезиденту Гинденбургу, чтобы получить из его рук назначение на пост канцлера Германии.

Едет для того, чтобы на практике, в масштабах немецкого государства и всего Европейского континента, начать MEIN KAMPF.

Едет для того, чтобы осуществить национал-социалистическое переустройство Германии.

Едет для того, чтобы разрушить Версальскую систему и возвести сияющее здание «новой Европы».

Едет — и еще не знает, что для того, чтобы ему этого не позволить, будет убито ПЯТЬДЕСЯТ МИЛЛИОНОВ ЧЕЛОВЕК…

Так, между прочим, для информации: 90 % всех врачей и адвокатов Берлина в 1929 году были евреями. Министры Веймарской республики Ратенау и Варбург, вожди Баварской Советской республики (все четверо, Ниссен, Толлер, Эйснер и Ландауэр) были евреями.

Автор ничего не хочет этим сказать. Автор пытается донести до читателя одну очень простую мысль: социально-политический кризис начала двадцатых, гиперинфляция, обесценившая вклады всего немецкого населения, всеобщая нищета, повальная безработица, падение нравов — все это в умах немецкого народа прочнейшими узами связывалось со сменой общественно-политической формации, главным двигателем которой были евреи.

Веймарская Германия не могла (не хотела?) эффективно контролировать внутренний рынок от наплыва иностранных товаров — как следствие этого, безработица среди немецких промышленных рабочих достигла ужасающих величин. Безработица и нищета — близнецы-братья. Кого немецкий рабочий должен был «благодарить» за то, что он не в силах прокормить свою семью, что старшая дочь идет на панель, жена постоянно болеет, а младшие дети смотрят на него голодными глазами?

Правительство не могло (не хотело?) бороться с мощнейшим лоббированием космополитических устремлений внутреннего коммерческого капитала — иными словами, не препятствовало вывозу капитала, обескровливанию финансовой системы страны. Нелишне напомнить, что банковский сектор Германии в это время наполовину контролировался евреями. Кого должен был «благодарить» мелкий торговец за невозможность получить кредит на развитие своего дела, за жалкое прозябание на грани нищеты, видя каждую субботу успешных конкурентов у дверей синагоги?

Германия, перед мировой войной бывшая самой сильной и самой динамичной промышленной державой Европы, бросавшая вызов промышленному могуществу США, в двадцатые годы фактически превращалась в колонию развитых держав. Нестабильная и слабая Германия не могла (или не хотела?) защитить кровные интересы немецкого промышленного капитала, промышленного производства — и немецкие промышленники вынуждены были сворачивать производство, снижать расценки, «затягивать пояса», в то время как спекулятивные торговые компании, принадлежащие известно кому, только наращивали обороты. Кого в этой ситуации должен был «благодарить» владелец завода или фабрики?

Еврей, нажившийся на голоде и нищете немца, во время инфляции (созданной опять же евреями) скупивший за бесценок немецкое недвижимое имущество, завладевший магазинами, заводами, фабриками, жилыми домами, — этот образ устойчиво культивировался (весьма небезуспешно) национал-социалистической пропагандой. Если бы это был просто пропагандистский фетиш — он не нашел бы такого резонанса в душах большинства граждан Германии.

А антиеврейские тезисы национал-социалистов находили живейший отклик в умах немцев! Дыма без огня, как известно, не бывает…

Безусловно, автор скорее всего будет обвинен определенными кругами в кондовом антисемитизме и разжигании межэтнической розни. Для справки — автор не ставил целью написания этой книги способствование росту ксенофобии и антисемитизма в России; целью его трудов является объективное рассмотрение истории Второй мировой войны, изучение подлинных причин этой всемирной человеческой трагедии. И автору было бы неприятно слышать обвинения в разного рода антиеврейских злодеяниях — вместо объективной критики той концепции, что увидит свет со страниц этой книги.

Евреи ввергли Германию в нищету? Это, конечно, перебор. В нищету Германию ввергли колоссальные военные расходы и безжалостные условия Версальского мира. Но никто не станет отрицать, что в условиях нестабильности, краха прежних идеалов, финансовых неурядиц евреи чувствовали себя как рыба в воде, за считаные годы сколотив колоссальные состояния. А инфляция? Понятно, что маховик этого разрушительного процесса был запущен с одной простой целью — безболезненно (для государственных финансов) рассчитаться по внутренним долгам.

Первая мировая война обошлась бюджету Германии (благодаря чудовищной инфляции 1923 года) чуть ли не в ОДНУ НОВУЮ МАРКУ 1924 ГОДА!

Но зато этот процесс уничтожил все накопления немецкого народа, всего за полтора-два года вогнав все население Германии в устойчивую нищету. Точнее, немецкое население Германии. Что такое инфляция, немцы никогда в жизни не знали, доверие к марке было абсолютным. А евреи хорошо знали, что любые бумажные деньги — не более чем красиво разрисованная бумага, тысячелетний опыт ростовщичества приучил их верить только в реальные ценности. И в условиях инфляции евреи отлично держали нос по ветру, обращая боль и горечь немцев в звонкую монету.

И после всего этого вы хотите, чтобы немцы дружески относились к евреям? Если так — то вы, дорогой читатель, большой идеалист и неисправимый человеколюб.

Адольф Гитлер — самый принципиальный политик ХХ века. Главными принципами его политической программы было «очищение» Германии от евреев, денонсация Версальского договора и установление гегемонии Германии в Европе. Первый пункт — «очищение» — совершить почти удалось, второй — удалось безусловно, третий — нет, по не зависящим от фюрера причинам. Непонятно, за что Гитлера объявили чудовищем и кровавым маньяком. Человек просто с должным уважением относился к своему слову: сказал — сделал! Он пообещал немецкому народу, что избавит его от евреев, — так и произошло. Он пообещал избавить Германию от пут Версаля — извольте! Он пообещал, что немецкий народ будет «расой господ», — этого не произошло, но он же старался!

Партия Гитлера получила большинство мест в парламенте Германии по воле немецкого народа. Немецкий народ одобрил действия национал-социалистической партии в «еврейском вопросе». Почему национал-социалистическая партия была запрещена после войны? Ведь ее поддерживало устойчивое большинство населения Германии?

И вообще — за что судили в Нюрнберге главных нацистов? Непонятно. Люди честно выполняли свою политическую программу, озвученную в предвыборных лозунгах и хорошо известную немецкому народу. Именно немецкий народ вручил нацистам бразды правления страной, таким образом, одобрив их политический курс, — следовательно, в Нюрнберге надо было судить ВЕСЬ НЕМЕЦКИЙ НАРОД! И выслать его куда-нибудь в Магадан — лет эдак на десять. Всех — с детьми, больными старухами, беременными (от союзных солдат) молодками, с угрюмыми стариками и инвалидами на колясках.

Другое дело — если бы национал-социалистическая немецкая рабочая партия в своих предвыборных обещаниях клялась бы любить, холить и лелеять еврейское нацменьшинство, а придя к власти — тут же принялась бы возводить Дахау. Тогда, безусловно, нацистов следовало бы строго судить и беспощадно карать — за обман народа и нарушение своих предвыборных обещаний. А так — к чему этот нюрнбергский фарс?

И кстати — нацисты вовсе не стремились к поголовному уничтожению еврейского народа. Практически до самого начала Второй мировой войны главной целью германского правительства была эмиграция евреев.

Факты? Да сколько угодно!

Деятельность сионистов в Германии 1933–1938 годов по организации еврейской эмиграции в Палестину встречала самую широкую поддержку национал-социалистов. Берлинский раввин Иоахим Принд в книге «Мы, евреи», опубликованной в столице Рейха в 1934 году, совершенно открыто радовался национал-социалистической революции, «благодаря которой покончено с ассимиляцией, и евреи снова станут евреями». И ничего — впоследствии оный раввин перебрался в США и даже стал главой Американского еврейского конгресса, причем эту его книжонку никто из соотечественников в упрек ему не ставил.

С 1935 года значительно увеличился тираж журнала «Юдише рундшау». «Сионистская деятельность достигла в Германии невиданного размаха», — удовлетворенно отмечала американская «Еврейская энциклопедия». Что означает эвфемизм «сионистская деятельность»? Означает деятельность по организации еврейской эмиграции в Палестину.

С особым энтузиазмом и пониманием к нуждам «новых израэлитов» относились в СС. Казалось бы, насквозь антисемитская организация — а поди ж ты, ежедневно заботилась «о необходимости повышения еврейского национального самосознания, увеличения еврейских школ, еврейских спортивных и культурных организаций». (Ф. Никосия. «Третий рейх и палестинский вопрос». Издание Техасского университета, 1985 г.)

В интервью, данном уже после войны, бывший глава сионистской федерации Германии Ганс Фриденталь говорил: «Гестапо делало в те дни все, чтобы помочь эмиграции, особенно в Палестину. Мы часто получали от них разнообразную помощь…» (Ф. Никосия. «Третий рейх и палестинский вопрос».)

Когда в 1935 году конгресс национал-социалистической партии и рейхстаг приняли и одобрили нюрнбергские расовые законы, то и «Юдише рундшау» поспешила одобрить их:

«Интересы Германии совпадают с целями Всемирного сионистского конгресса …Новые законы предоставляют еврейскому меньшинству свою культурную и национальную жизнь… Германия дает нам счастливую возможность быть самими собой и предлагает государственную защиту для отдельной жизни еврейского меньшинства».

В сотрудничестве с нацистскими властями сионистские организации создали по всей стране сеть примерно из 40 лагерей и сельскохозяйственных центров, в которых обучались те, кто намеревался переселиться на «землю обетованную». Над всеми этими центрами и лагерями гордо развевались бело-голубые флаги со звездой Давида.

Как правильно утверждает современный британский историк Дэвид Ирвинг: «Гитлер хотел вынудить евреев уйти из Европы. Именно в этом он и усматривал «окончательное решение еврейского вопроса».

Гитлер стремился к войне? Помилуйте! Гитлер готовился к войне — это верно; как, кстати, и все его соседи. Но готовиться и стремиться — два очень различающихся между собой по смыслу глагола! На самом деле Гитлер стремился всего лишь к гегемонии Германии в Европе и восстановлению предвоенного статус-кво (Рейх в границах 1913 года). И, как мог, пытался решить этот вопрос мирными средствами. Пусть отрубят мне правую руку, если это было не так.

Все европейские политики хорошо знали цели Национал-социалистической немецкой рабочей партии — оные фюрер германского народа подробно озвучил в своем труде «Моя борьба». Гитлер не врал, не изворачивался, не напускал дыму и не замыливал своим противникам глаза — он откровенно и честно заявил, что Германия (в силу этнических особенностей немецкого народа, отнесенного им к арийской «расе господ») имеет неоспоримое право на главенство в Европе. И задача его, фюрера, — это главенство обеспечить. Для чего он и идет на некоторое нарушение международных законов и требует пересмотреть большинство статей Версальского договора.

Надо отметить, что как внутренняя, так и внешняя политика Германии удивительно последовательна и органична. Чего не скажешь о политике других европейских держав.

Ну вот, например, все тот же зловещий «еврейский вопрос».

Все действия администрации нацистов были совершенно предсказуемы — читайте «Майн кампф»!

С апреля по октябрь 1933 года были приняты антиеврейские экономические законы — народ требовал отнять у евреев незаконно нажитое ими добро и исключить их из политической и общественной жизни страны. Хотите — пожалуйста! Экономически евреев начали вытеснять из германского народного хозяйства, выбрасывать их из политики, общественных организаций, редакций газет — как того и требовал немецкий народ.

Потом — перерыв. Надо было обеспечить политическую устойчивость нового режима, преодолеть трения между СА и армией (в гитлеровском стиле, путем проведения «ночи длинных ножей»), объединить посты рейхсканцлера и рейхспрезидента (Гинденбург-то умер!).

Но как только нацистский режим вышел из ясельного периода — побеждена была шестимиллионная безработица, возвращен Саар (90,8 % саарских немцев проголосовало за вхождение в состав Рейха), введена всеобщая воинская обязанность — так снова взялся за евреев. И на этот раз всерьез.

В лучших традициях антиеврейская волна началась на местах. Гитлерюгенд Баварии начал самостийные еврейские погромы, там же прошли аресты евреев, обвиненных в интимных связях с арийскими женщинами («осквернение расы», вы представляете?! Как будто до этого это самое осквернение не происходило лет пятьсот в хорошем темпе…). И завершились народные антиеврейские выступления погромом на Курфюрстендам 15 июня 1935 года.

Центральное правительство не могло оставаться безучастным к волне «народного гнева», и за два (!) дня были подготовлены три закона. Первый просто менял государственный флаг — на нацистский, алый со свастикой, второй и третий были чисто антиеврейскими законами.

Закон о гражданстве Рейха гласил просто и ясно:

пункт 2.1 — «гражданином Рейха является лишь подданный государства немецкой или близкой ей крови, доказавший своим поведением, что он готов и достоин верно служить немецкому народу и Рейху».

Пункт 2.3 — «только гражданин Рейха обладает всеми политическими правами в соответствии с законом». Кстати, очень похоже на современные латвийские законы о гражданстве, вы не находите?


lady-dalet: "С гражданством Рейха не все так просто - я хотела себя просветить в этом вопросе, потому что как и совсем нeдавно в XIX веке в нашей семье оказались разные граждане разных Рейхов - одни из Рейха до 1866 года, другие - до 1890, третьи - после 1945, четвертые - после 1990 и 5-е уже в 2000-х гг.

Закон о наследниках, изданный в 1886 году пока не нашла, вообще удалили даже название этого закона из списка событий 1886 года, мол, игра все это о мутантах."


"Закон о защите немецкой крови и немецкой чести просто запрещал любые браки между евреями и немцами, запрещал интимные отношения, запрещал наем евреями немецкой прислуги и даже «поднимать флаги Рейха и земель и пользоваться цветами государственного флага». Просто и ясно. Очень по-немецки.

Отныне евреи были не «гражданами», а только «подданными». Расовый принцип, дотоле все же в большей степени идеологический, отныне становился государственным, юридически вводился в немецкое законодательство. Все антиеврейские акции получали законные юридические основания.

В Майнце прошли народные волнения с требованиями вернуть евреям политические права?

Гамбург взбунтовался оттого, что евреям отныне нельзя из своего окна вывешивать флаг со свастикой? Мятежи в Баден-Вюртемберге из-за желания немцев жениться на еврейках всколыхнули Рейх? ХОТЬ ЧТО-НИБУДЬ ПОДОБНОЕ БЫЛО?

О чем это говорит? Только о том, что действия национал-социалистической администрации Германии были полностью согласованы с умонастроениями большинства населения страны и шли в русле его чаяний и желаний.

Немцы в принципе не хотели видеть евреев в своей стране — и этот печальный факт лишь подтверждает, что никакой вины национал-социалистической немецкой рабочей партии в угнетении еврейского нацменьшинства НЕТ. А есть в достаточной степени обоснованное стремление немецкого народа избавиться от этого нацменьшинства, каковое пришедшая к власти партия и реализовала.

Да, кстати. Ни европейские, ни американские власти не горели почему-то желанием принимать у себя еврейских беженцев из Германии. Это сейчас они все антифашисты и истовые борцы с нацизмом, а когда нужно было принять гонимых, утративших дом, Отечество и почву под ногами несчастных — НИКТО пальцем не пошевелил, чтобы хоть как-то им помочь!

Продолжение следует.
Tags: XIX век, XX век, Англия, Германия, Германия и мир, Европа, война, евреи, немцы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments