lady_dalet (lady_dalet) wrote,
lady_dalet
lady_dalet

Category:

Волшебная флейта... в чьих? руках... Зоопарк Мадзини - 2. Герцен и Ротшильд.

Зоопарк Мадзини поделен на павильоны — по одному экземпляру на этническую группу. В обычном зоопарке имеется слоновник, обезьянник, пруд для крокодилов и т.д. У Мадзини — Итальянский вольер, венгерский, русский, польский, американский. Заглянем в эти вольеры.

Итак, «Молодая Италия» основывается в 1831, привлекая юного моряка Джузеппе Гарибальди и Луи Наполеона. Вскоре образуется «Молодая Польша»; в числе ее активистов — Лелевеля и Ворцеля. Далее следует «Молодая Германия»; представленная Арнольдом Руге, который публикует статьи некоего «красного республиканца» Карла Маркса. Это над этой «Молодой Германией» подшучивает Генрих Гейне. В 1834 Мадзини основал «Молодую Европу», в которую вошли итальянцы, швейцары, немцы и поляки.

«Молодая Европа» преподносилась Мадзини как Священный союз Народов, в пику меттерниховскому «священному союзу деспотов». К 1835 году существовала «Молодая Швейцария». В том же году Мадзини «спустил на воду» «Молодую Францию». Здесь «светоч» — Ледрю-Ролен, который позже станет министром внутренних дел в недолговечной Второй Республике (1848). Была также «Молодая Корсика», представленная мафией.

К концу века мы получим «Молодую Аргентину» (основанную Гарибальди), «Молодую Боснию», «Молодую Индию», «Молодую Россию», «Молодую Армению», «Молодой Египет», «Молодых Чехов», а также аналогичные группировки в Румынии, Венгрии, Болгарии и Греции.
*
Мадзини особенно заинтересован в сооружении южно-славянской федерации с центром в Белграде, и для этой цели содержит сербскую организацию. Пройдет время, и в 1919 году в Версале, с участием ученика Мадзини Вудро Вильсона, пройдет мирная конференция.

Но американская масонская группа уже изо всех сил готовится проталкивать жирного Франклина Пирса на президентских выборах 1852 года. Эта группа, лоббирующая сторонника рабовладения Пирса, представляет радикальное крыло Демократической партии США. Она также именует себя «Молодой Америкой». Потом возникнет и «Молодая Турция» (младотурки). Есть и еврейская группа, называющая себя иногда «Молодой Израиль», иногда «Б'най Б'рит», с чего я и начала повествование этой статьи

Почему мы называем сообщество, созданное Пальмерстоном и Мадзини, зоопарком? Потому что для Мадзини, животное, биологическое, первобытное начало в человеке превыше всего. У него нет понятия о национальной общности, объединяемой развитым языком и классической культурой, к которой то или иное лицо может приобщиться в результате политического выбора. Мадзини приравнивает нацию к расе. Раса неизменна, как приговор. Это вопрос крови и почвы. Кошки дерутся с собаками, французы с немцами, и так без конца. Для него эта ненависть — самоценный объект.

Каждая из организаций, созданных Мадзини, требует немедленного национального самоопределения для своей этнической группы, развивая агрессивный шовинизм и экспансионизм. Любимый конек Мадзини — Императив Территории. Все помешаны на вопросе о границах своей территории, и каждый по-своему саботирует проблемы экономического развития. И каждый стремится подчинить себе и подавить остальные этнические группы, преследуя собственное мистическое предназначение. Это расистская заповедь Мадзини — заповедь вселенской этнической чистки.

Теперь перейдем из итальянской клетки в венгерскую. Здесь главный экземпляр — Лайош Кошут, лидер венгерского восстания 1848-49 гг. и поборник «свободной торговли». Он требовал для венгров равного статуса с австрийцами в Австрийской империи. Но в составе империи Габсбургов было много других национальных меньшинств — поляки, украинцы, немцы, сербы, румыны, хорваты и другие. Разве они меньше нуждались в политической и культурной автономии?

Кошут, однако, запретил на отвоеванной им территории употреблять славянские и романские языки. Естественно, что он вступил в кровавый спор с иллирийским движением за Великую Хорватию и с вооруженными силами хорватского лидера Еллачича. Кошут конфликтовал и с сербами. Дело в том, что Мадзини обещал одни и те же территории венграм, иллирийским хорватам и сербам.

Так возник «трансильванский вопрос», когда претензии на одну и ту же территорию были предъявлены одновременно венграми и «Молодой Румынией» Димитрие Голеску — другого агента Мадзини. «Молодая Румыния» строила планы возрождения королевства Дакии в границах времен римского императора Траяна.
*
Таким образом, «Молодая Венгрия» и «Молодая Румыния» были обречены на войну за Трансильванию, которая и состоялась в 1849. Непрерывная борьба венгров с хорватами, венгров с сербами, венгров с румынами помогла Габсбургам спасти свое полицейское государство с помощью русской армии.

Поборники этнических мифов идут войной не только на Габсбургов и Романовых, но и друг на друга. То же самое можно наблюдать и в польской и русской «клетках».

«Молодая Польша» Лелевеля и Ворцеля требует восстановления польского государства и отмену разделов Польши в 1772-1795 гг., однако на этом не останавливается: провозглашает возвращение Польши в границы времен династии Ягеллонов, простирающиеся от берегов Балтики до Черного моря.
*
Украинская нация, в частности, таким образом лишается права на существование. В орбиту деятельности «Молодой Польши» вовлекается и поэт Адам Мицкевич, которого Мадзини «обрабатывает» в 1849 году во время «Римской республики».
*
Мицкевич утверждает, что Польша страдала больше всех наций и поэтому она как бы «Христос среди наций». Мечта Мицкевича — объединить всех западных и южных славян против «северного тирана», «северного варвара». Имеется в виду Россия. Программа «Молодой Польши» сталкивается с «Молодой Германией» в вопросе о территории Силезии.

Тем временем анархист Михаил Бакунин и идеолог-аристократ Александр Герцен создают прообраз «Молодой России». Герцен вступает в контакты с бароном Джеймсом Ротшильдом в Париже.
*
После окончания Крымской войны он начнет издавать «Полярную звезду» и «Колокол», специализирующиеся на разглашении государственных тайн Российской империи. Его явная мишень — император Александр II, союзник Линкольна. Герцен печатает панславистские проповеди Бакунина, которые предполагают доминирование России над другими славянскими народами. «Из океана крови и огня подымится Москва и станет путеводной звездой революции, освобождающей человечество», — пишет Бакунин. Если Мадзини делает ставку на стилет, то Бакунин — на «крестьянский топор», который сокрушит «немецкий» режим в Петербурге.

Герцен активно дискредитирует Александра II, проводящего реальную реформу в России, так не устраивающую британских империалистов. Промышленному и технологическому прогрессу он противопоставляет идиллию исконной славянской деревни, мира с общинным землевладением и артельным ремесленничеством. Мир, конечно, никогда бы не построил Транссибирскую железную дорогу. Но Герцен представляет при этом Россию как «центр кристаллизации» всего славянского мира. Почему-то считаясь «западником», Герцен абсолютно враждебен западной цивилизации.

Он мечтает о «новом Аттиле», неважно, русском или американском, который уничтожил бы старую Европу. В момент, когда британская агентура чуть было не добивается полной победы, Герцен поддерживает спровоцированное Пальмерстоном польское восстание 1863 года и теряет большинство своих читателей. *
*
Когда закончится Гражданская война в Соединенных Штатах, британцы перестанут нуждаться в Герцене и сделают ставку на нигилистов из «Народной воли», которые убьют Александра II, а затем на русских легальных марксистов. Но уже в конфликтах между шовинистами разных наций, воспитанными Мадзини, видны истоки побоища Первой мировой войны.

Заглянем в североамериканскую «клетку» зоопарка. «Молодая Америка» была провозглашена в 1845 Эдвином де Леоном, выходцем из семьи евреев-рабовладельцев в Чарльстоне (Южная Каролина). Эдвин де Леон станет в дальнейшем одним из руководителей шпионской сети южан (Конфедерации) в Европе. «Молодую Америку» возглавляет Джордж Н. Сэндерс, будущий редактор «Демократического обозрения».

Мечта «Молодой Америки» — экспансия рабовладельческой империи в Мексику и Карибский бассейн. На выборах 1852 года «Молодая Америка» поддержит «темную лошадку» Франклина Пирса против патриота Уинфилда Скотта, лидера партии вигов, которая исчезнет. Агенты «Молодой Америки» займут важные посты в Лондоне, Мадриде, Турине и других европейских столицах. Здесь они будут поддерживать Мадзини и его приспешников.

В США у Мадзини есть связи как с южанами-рабовладельцами, так и со средой радикальных аболиционистов типа Уильяма Ллойда Гаррисона. Во время Гражданской войны Мадзини будет одновременно агитировать за освобождение негров и за разрушение Штатов, проводя лондонскую сецессионистскую линию. Это вскроется во время вояжа Лайоша Кошута в Соединенные Штаты в 1851-1852 гг. Кошут приедет в сопровождении «денежного мешка» Мадзини — тосканского масона Адриано Лемми.

Накануне Крымской войны, когда Пальмерстон будет прилагать все усилия к изоляции России, Кошут объявит, что Россия — «Древо Зла и Деспотизма» в Европе. Он возложит на Россию даже вину за войны в Италии. Несмотря на старания Кошута, Соединенные Штаты останутся единственным сторонником России в Крымском конфликте (Кошут же настаивает на присоединении Штатов к Англии и Франции в войне против России).

Кошут, однако, воздерживается от призывов к ликвидации рабовладения в Штатах. Поддерживая контакты с южанами, он настаивает на захвате Кубы, что вполне соответствует сецессионистскому сценарию.

Мы уже назвали остальных подручных Пальмерстона — Дэвида Эркарта и Наполеона III. Эркарт, странноватый и эксцентричный шотландец, был из аристократов. Его взял на работу сам Иеремия Бентам, в своих письмах похваливавший «нашего Дэвида». Вначале Эркарт принимал участие в греческой революции лорда Байрона, однако впоследствии решил, что турки ему нравятся больше. Оставаясь работником британского посольства в Константинополе, он принял местные обычаи и стал жить по образцу оттоманского паши.

Эркарт внес свой вклад в цивилизацию, пропагандируя турецкие бани. Некоторое время он владел гаремом. Поздний оттоманский феодализм был для него желанным образом общественного устройства. В Турции Эркарт проповедовал антироссийские настроения, в духе интересов Пальмерстона. По его словам, из России исходит все зло мира. Например, объединение Италии — это заговор русских.

Более того, даже Мадзини он считал русским агентом и одно время подозревал, что и сам Пальмерстон завербован русскими через одну из любовниц — русскую графиню Ливен*. Эркарт, несмотря на аристократическое происхождение, не оставлял без внимания рабочий класс. Во времена чартистских волнений, он подкупил рабочих лидеров и внушал им, что все тяготы жизни английских рабочих — дело рук... русских. Рабочих он учил «диалектике». Став членом парламента, Эркарт контролировал еженедельник «Фри пресс».

*Дарья (Доротея), первый тайный агент, дочь генерала Христофора Бенкендорфа

Поскольку лорд Пальмерстон прекрасно понимает, что его подрывные методы всегда будут вызывать негодование со стороны некоторых тори и блюстителей общественного приличия, он по существу создал карманную оппозицию, возглавляемую Эркартом. Вообще нелепое поведение Эркарта дискредитирует возглавляемую им оппозицию, что, собственно, и требовалось Пальмерстону. Что касается рабочих, то они, забывая о своих реальных проблемах, переключались на ненависть к русским (по существу, Эркарт был прообразом американского сенатора Маккарти).

Эркарт воспевал идеал «доброй старой Англии», средневековую буколическую идиллию, прославляя времена, когда не было торговли и фабрик, но люди были сыты и одеты.

Не слишком ли знакомы такие соображения о докапиталистических экономических формациях? В газете Эркарта постоянным автором стал Карл Маркс. Маркс уважает Эркарта: по словам самого Маркса, пожалуй, никто не оказал на него такого влияния, как Эркарт, который тем самым является основоположником современного коммунизма. Беседы с Эркартом стали толчком к написанию «Капитала».

Маркс даже сочинит «Жизнь лорда Пальмерстона», основанную на бредовой идее Эркарта о том, что лорд — агент влияния русских. Это характеризует способности самого Маркса к политическому анализу. Эркарт внушает Марксу, что капитализм не дает реальной абсолютной прибыли, а технический прогресс приводит к снижению роста прибыли.

Эркарт также работал с Лотаром Бюхером, доверенным лицом вначале германского рабочего лидера Ф.Лассаля, потом — самого Отто фон Бисмарка. Его следы обнаруживаются и во Франции, где он основал объединение правых католиков. Он встречался с папой Пием IX и присутствовал на Первом ватиканском Соборе в 1870 г. как представитель Оксфордского движения кардинала Ньюмена.

Примечания.

Ислам запрещает вкушать свинину, индуизм - говядину. Однако перед тем, как заслать патрон в казенную часть берданки, стрелок должен был зубами "скусить пыж", прикоснувшись зубами и губами к смазывавшему пыж салу и таким образом "осквернив свои уста" свининой или говядиной. - Прим. научного редактора.
+
Имеется в виду мексиканская авантюра Наполеона III, водворившего на трон Мексиканской империи эфемерного Максимилиана Габсбурга.

Две другие империи Латинской Америки того времени: Бразильская и Гаитянская самозваного императора Сулука, - также быпи связаны с английской политикой. Наконец, британская коропева Виктория быпа увенчана императрицей Индии. - Прим. научного редактора.

А.И. Герцен был по происхождению потомком немецкой и русской аристократии, но в России считался незаконнорожденным. В "Былом и Думах" Герцен с иронией вспоминал собрание европейской революционной эмиграции у Дж. Сэндерса. Он ясно видел цели американского политикана, не идеализировал и европейских революционеров-эмигрантов, в частности русских и польских, с которыми сотрудничал. В споре Гарибальди с Мадзини Герцен сочувствовал первому. Но из партийной солидарности А.И. Герцен оказывал поддержку людям, которым не верил ипи верил только наполовину. - Прим. научного редактора.



[Все, кто учился в советской школе, знают наизусть цитату Ленина: «Декабристы разбудили Герцена, Герцен развернул революционную агитацию». Но мало кто знает, что Герцен, в свою очередь, «разбудил» Ротшильда. Что связывало старейший банкирский дом Ротшильдов и русских революционеров?]В 1848 году Александру Герцену было 36 лет.(Прим. Эта дата может быть недостоверной,добавьте ещё 30-40 лет, а то и больше)

Он уже написал нашумевший роман «Кто виноват?» и трижды побывал в ссылках за свои революционные взгляды. После смерти отца, в 1846-м, он унаследовал треть его состояния, еще треть досталась матери Герцена – Луизе Гааг.

Их совокупный капитал составлял около 300000 серебряных рублей, а кроме этого им принадлежало два дома в Москве и имение в Костромской губернии. Герцен с матерью, женой и детьми отправился в длительную поездку по Европе: через Берлин, Ганновер и Брюссель в Париж. Там они задержались надолго, но Герцену, в отличие от большинства русских аристократов того времени, Франция не нравится. Он едет в Италию: вначале в Рим, а к февралю 1848 года оказывается в Неаполе.
И попадает сразу на праздник, даже на два сразу: карнавал и революцию. Незнакомые люди жмут Герцену на улице руку, поздравляя с принятием конституции. А другие незнакомцы крадут у него чемодан, в котором лежат важные финансовые документы.
*
С заявлением о пропаже документов Герцен обращается в неаполитанский банк The CM de Rothschild & Figli, возглавляемый бароном Кальманом де Ротшильдом – одним из пяти братьев-банкиров, направленных отцом, легендарным Майером Ротшильдом, в ключевые европейские столицы для создания полномасштабной банковской сети.

И Ротшильды помогают русскому писателю и революционеру: они восстанавливают утраченные им документы. Он получит их спустя короткое время, уже в Париже, у брата неаполитанского Ротшильда – барона Джеймса де Ротшильда, которому предстояло сыграть важнейшую роль в жизни Герцена.

В 1848 году Джеймсу де Ротшильду было уже 50 лет. Он был не только весьма успешным финансистом, владельцем банка De Rothschild Freres, но и известным филантропом и покровителем искусств.

В частности, Оноре де Бальзак повесть «Деловой человек» посвятил «Господину барону Джемсу Ротшильду, генеральному австрийскому консулу в Париже и банкиру». Фредерик Шопен посвятил один из своих вальсов его дочери Шарлотте, а Жан-Огюст-Доминик Энгр рисовал портрет его супруги. Ротшильд заказывал Россини музыкальную композицию в честь визита Наполеона III в свой дом.
На деньги знаменитого банкира и мецената была также открыта бесплатная больница в Иерусалиме, названная в честь его отца Майера Ротшильда.
*
Роман «Кто виноват?» Джеймс де Ротшильд, разумеется, не читал, и фамилия Герцен ему ничего не говорила. В «Былом и думах» Герцен описывает свою первую встречу с банкиром так: «Я познакомился с Ротшильдом и предложил ему разменять мне два билета московской сохранной казны. Дела тогда, разумеется, не шли, курс был прескверный, условия были невыгодны, но я тотчас согласился и имел удовольствие видеть легкую улыбку сожаления на губах Ротшильда – он меня принял за бессчётного prince russe (“русского князя” – фр.), задолжавшего в Париже, и потому стал называть меня monsieur Ie comte (“месье граф” – фр.)».
*
Революции 1848-1849 годов в Европе и участие России в жестоком подавлении этого движения привели Герцена к осознанию, что в Россию ему возвращаться нельзя, там ему не избежать преследований со стороны царских властей.
*
И он начал постепенно выводить свои и материнские активы из России в Европу. Осуществлял эти операции банкирский дом Джеймса де Ротшильда, а сам банкир стал советником Герцена по дальнейшим инвестициям. «По совету Ротшильда я купил себе американских бумаг, несколько французских и небольшой дом на улице Амстердам, занимаемый Гаврской гостиницей», – свидетельствует в мемуарах «Былое и думы» новоиспеченный отельер.

Впрочем, личное отношение Герцена к Ротшильду неоднозначно. Так, в мае 1849 года Герцен в письме историку Тимофею Грановскому отзывается о банкире слегка пренебрежительно: «Ничего не может быть пикантнее, чем мои добрые отношения с бароном де Ротшильдом, который до сих пор уверен, что я граф и простак». Тем не менее их партнерские связи только крепнут. В письме Ротшильду из Женевы в сентябре 1849 года Герцен рассказывает: «В полной мере доверяя вашему опыту, я согласно вашему совету выбрал 6-процентные облигации штата Нью-Йорк. Я не очень полагаюсь на стабильность Старого Мира – он слишком стар. Я думаю, что писать о покупке 10 000 пиастров было бы верно. У меня есть еще суммы, которые я хотел перевести из Санкт Петербурга, но я напишу об этом при случае».

Случай представился очень скоро: уже 26 октября царское правительство наложило арест на оставшееся в России имущество Герцена и его матери. Формально – за отказ Герцена вернуться на родину, чего подданный российского императора не имел права себе позволить. По существу – за статьи Герцена в поддержку европейских революций и против самодержавия в России. Для спасения имущества Ротшильд и Герцен придумывают изящную комбинацию.

Неожиданно обнаруживается, что у г-жи Гааг, матери Герцена, есть заемное письмо от сына, обеспеченное оставшимися в России деньгами и имуществом, и этот долг она готова переуступить г-ну Ротшильду. Причем г-н Ротшильд не обязан ей платить, пока не получит деньги от реализации активов в России. Хотя пока они и арестованы.
*
6 ноября Герцен пишет Ротшильду: «У меня есть в России поместье в провинции, в Костромской губернии, земли в нем примерно на 175 000 – 200 000 франков. Это не дает мне достаточной гарантии осуществить продажу моей собственности в пользу кредитора, у которого нет влияния… Вы же сможете легко помочь мне без риска для себя».

В феврале 1850 года русское генконсульство в Париже было вынуждено засвидетельствовать доверенность на получение в России денег по заёмному письму, выписанному на г-на Гассера – представителя банкирского дома Ротшильдов в Петербурге. Только к 5 мая доверенность добралась до России. Но когда г-н Гассер пришел на аудиенцию к министру иностранных дел России Карлу Нессельроде, то услышал, что деньги выплачены не будут – по прямому распоряжению Николая I.

Узнав об ответе российских властей, Герцен сказал Ротшильду: «Для меня мало удивительного, что Николай, в наказание мне, хочет стянуть деньги моей матери. Но я не мог себе представить, чтоб ваше имя имело так мало веса в России!» (Ротшильды приобрели богатство и влияние после создания Федрезерва в США в 1913 году.)

Речь Герцену удалась, он так накрутил Ротшильда, что банкир стал бегать по комнате с криками:
– Я с собой шутить не позволю! Я потребую категорического ответа у министра финансов! Так это оставлять нельзя!
*
И Ротшильд написал своему представителю в Санкт-Петербурге, чтобы тот немедленно потребовал новой аудиенции у Нессельроде, а заодно и у министра финансов. И заявил им, что Ротшильд знать не хочет, кому что принадлежало раньше, и требует уплаты по своим бумагам, а в случае отказа начнет уже не столь благожелательно относиться к просьбам о займах, которые поступают в адрес его банкирского дома от российского правительства как раз прямо сейчас.
*
И уже 18 мая 1850 глава полиции Леонтий Дубельт уведомил министра внутренних дел Льва Перовского, что «выдача банкиру Гассеру вышеуказанных 106 000 рублей высочайше разрешена».

29 июня 1850 года уже Ротшильд пишет Герцену: «Мсье Александр Герцен! Мы рады иметь возможность уведомить вас о последнем обналичивании ваших облигаций в Сберегательном банке Москвы. Это обналичивание было достигнуто после множества всяких препятствий и многочисленных представлений». Впрочем, деньги за имение получить не удалось. В «Былом и думах» Герцен писал, что в случае полного успеха операции комиссия, которую попросил Ротшильд, должна была составить 5 процентов. Но в итоге за свои услуги банкир взял всего 3 процента комиссионных.

Дальнейшая переписка Герцена с Джеймсом Ротшильдом – это типичное общение инвестора с брокером.

Акции штата Огайо, акции штата Вирджиния, акции правительства США, займы правительства Бельгии и властей Парижа, облигации железнодорожной компании, ценные бумаги Испании… Франки, флорины, доллары… Переехав в Лондон – там он прожил с 1852 по 1865 годы, – Герцен установил деловые отношения с местными отделением знаменитого банкирского дома и Лайонелом Ротшильдом, племянником Джеймса, но по поводу уже сделанных инвестиций продолжал соотноситься с парижским отделением. После же возвращения Герцена на континент старая дружба с Джеймсом вспыхнула с новой силой.
*
В последние годы жизни капитал Герцена, вложенный в различные ценные бумаги, превышал 400 тысяч франков, также в его владении находился дом в Париже, в котором он и скончался 21 января 1870 года. Барон Джеймс де Ротшильд умер немного раньше своего делового партнера, 15 ноября 1868, и тоже в Париже, в своем доме, точнее – в одном из своих домов. Его личное состояние к моменту смерти составляло, по оценкам, порядка 150 миллионов франков. Точные цифры в этой семье оглашать было не принято." Алексей Алексеев. Взяла у cat_779
Tags: Америка, Англия, Венеция, Германия, Италия, Польша, Пруссия, Ротшильды, лилии и пчелы, политика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments