lady_dalet (lady_dalet) wrote,
lady_dalet
lady_dalet

Categories:

А что же было до наполеонов-петросянов" - 1 "...начиналась Московская Русь..."

Из книг М. Аджи, отрывки: "Чингисхан своим новым порядком престолонаследия отпугнул ангела-хранителя тюркского мира. Исход духа из степной страны был неизбежен... Род нецарских кровей, стоящий у власти, не мог дать царя, об этом знали и прежде, собственно, с этим правилом тюрки жили всегда. Тем отличалось их общество в Персии, Индии, Закавказье, Северной Африке, Европе. Всюду. Никому не дозволено менять то, что дал Бог, даже Чингисхану, сколь ни велик он был. Однако ж...

*

Рядом с утихающей Ордой нарождалась новая жизнь,

где все слагалось иначе, по-старому, там крепла Московская Русь — затерянная жемчужина прежнего Востока. Она, приютившая ордынских аристократов, помнила былое и тем все больше занимала Рим. Еще не страна (правителя ей утверждал великий хан), у нее не было своей истории, но была головокружительная перспектива, ее и уловил цепкий взгляд Запада.

*

Церковь заметила, на арену политической жизни Восточной Европы выходит новое общество — тюрки, порвавшие с тюркским миром. Изгнанные из Орды, служившие варяжской династии Рюриковичей, они шли к вершинам власти на востоке.

*

Эти люди носили новые имена, но родной язык не забывали, ревностно сохраняли национальную одежду, обычаи, что, собственно, отличало их и Московскую Русь вплоть до XVIII века, то есть до разгула Романовых... Здесь повторялось известное, создавали новое царство по старому, алтайскому образцу. Оно крепло, Москов становился главным городом Руси, столицей еще не созданной страны. Особенно это почувствовалось с 1325 года, с правления Ивана Калиты, внука Александра Невского, тогда московиты вызвались быть сборщиками оброка для Золотой Орды, ее баскаками.

*

Казалось бы, служить другим Алтай считал позором, однако московиты почему-то пренебрегли тем адатом. Они поняли, у каждого Времени свои правила чести, баскак — это прибыльно и нужно... Почему так? Как могли изменить своим принципам те, которые ими всегда дорожили? Здесь много вопросов.

*

Но так, с вопросов, начиналась Московская Русь.

Немалая доля оброка «со всея Руси» с тех пор оседала в Москове, что-то уворовывали, что-то брали сверх меры, не без этого, но добро шло на благо Рюриковичей, оно крепило будущую царскую династию. Очевидно, «новые русские» знали об алтайских корнях московского князя и смотрели на своего правителя как на единственную законную власть. Ей присягали на верность и служили. Ее укрепляли они!.. Вот почему из Орды семьями шли на Русь и после Батыя.

*

О родословной Рюриковичей известно мало, ее будто специально утаивают, но, как сообщают летописи, например Бертинские анналы, в IX веке их называли каганами русских, скандинавские саги Х века — конунгами. По-русски это вроде бы то же самое — великий князь, правитель области, княжества.

*

А по-тюркски — нет, в тех титулах были очень важные оттенки, которые многое открывают... Как уже отмечалось, у тюрков правителем такого уровня могло быть лицо царских кровей, такова воля Бога. Правитель с неограниченной властью и обязательной ответственностью. За неудачи он платил собственной жизнью... Чингисхан лишил власть ответственности перед обществом и тем убил его.

*

Становится понятнее, почему в Орде исчез титул «каган» и почему о нем вспомнили на Руси. Выражение «кёк-хан» (кок ган ~ коган ~ каган) значило «небесный хан», то есть «посланный Небом во власть». Однако правильнее его объяснение и перевод будут, если учесть, что слово «хан» на древнетюркском языке означало еще и «кровь». Правитель голубых (небесных) кровей. Таков дословный перевод титула... Вот откуда выражение «голубая кровь», которая упомянута даже в стихах скандинавских скальдов и французских трубадуров.

*

Точно та же лингвистическая калька видна и в другом известном выражении «белая кость». «Аксюек» по-тюркски называли родственников кагана, его приближенных и высшую знать. «Аксюек» означает «белая кость», но еще одно его значение «благородный»... Здесь игра слов. Не пояснив ее, историю зарождения Московской Руси понять трудно, она теряет логику, а ее события — смысл.

*

Оброк позволял подчинить другие русские земли: кого уступками, кого страхом или хитростью. Добычей московитов стало и само Владимирское княжество, на территории которого размещался Москов, с 1328 года потеряло оно себя. Это привело к переезду русского митрополита в новую столицу, к Ивану Калите. Тем самым московский князь становился великим князем, что соответствовало тюркской традиции двоевластия.

*

Москва брала много, жила богато под защитой ханского войска, город баскаков других промыслов не знал. И не хотел. Иван Калита тихо, без войн, расширял влияние, утверждал себя уверенно, его признали великим князем, то есть главой рода Рюриковичей.

*

Хорошо ли, плохо ли, но от него зависело благополучие Владимира и Суздаля, Новгорода и Пскова, Ярославля и Твери — всех русских данников Орды. Князь неторопливо подминал братьев-соседей, его дело продолжил сын, Иван Красный, другой «собиратель русских земель». Их доход рос, был стабилен, отсюда и влияние, и уважение. Серьезную конкуренцию Москве составляли лишь Тверь да Казань, где обосновались такие же отверженные ордынцы. Между собой они и враждовали.

*

Враждовали отчаянно. Можно утверждать, распря русских княжеств в эпоху Золотой Орды велась за право на жирную кость, падавшую со стола великого хана. Тверской или московской ей быть. Иных причин для вражды не было. Только власть, приближавшая к ханскому столу. Точнее, к заветной кости.

*

Власть давали меха — собольи шкурки, они занимали и московитов, и тверян, они стравливали русских конунгов (князей). Других сокровищ, кроме меха, на Руси не знали, их и брали... Озираясь, мягкое золото потом «переливали» в желтое золото, во власть. То стоило риска и беспокойства, ведь ни Москва, ни Тверь до середины XIV века не имели собственных денег и рынков, не было у них своей торговли, потому что ничего не производили, через Орду ездили тогда русские купцы за товарами в Иран, Индию. Путь долгий и опасный не только для контрабандного меха.

*

Их внимание стал притягивать Запад, напоминая о себе полулегальной торговлей и случайными сделками. Не Восток. Европа желала скупать русские меха, давала золото, а с ним — надежду. Та торговля позволяла втайне от Орды продавать излишки оброка со «всея Руси». То был нехитрый житейский расчет, на который Запад, собственно, и рассчитывал, он начал подталкивать Москву, напоминая ей о былых традициях Новгорода.

*

Они, эти традиции, открывали московитам лазейки на рынки Европы, отдаляли от гнетущей Орды, но все надо было узаконить, сделать легальным. А это что требовало подчинить Великий Новгород, дабы Ганзейские торговые конторы, которые контролировали рынки Северной Европы, могли без опаски высылать суда за московской контрабандой.
*

Затевалось темное дело, экономической войной его назвать нельзя, могущество Новгорода было несравнимо. Интервенцией тоже. Шанс Москвы на победу в той стратегической операции был ничтожен, она могла победить, но не силой, а политикой. Неожиданным маневром, например. И она победила, блестяще разыграв «русскую карту».

*

Что это? В двух словах — вид идеологического оружия для манипулирования людьми, чтобы влиять на их сознание, поведение, роднить с чужой этнической средой. Еще можно сказать, это цепочка шагов во внутренней политике «всея Руси», направленная на создание Русского государства и новой русской культуры. Короче, идея, позволявшая Москве объединить Русь и стать во главе ее, отодвинув и Новгород, и Тверь, и всех других своих конкурентов далеко в сторону.

*

Изобретение не новое, работавшее еще в эпоху Римской империи. Его обновили византийцы в Болгарии и Сербии, взяли на вооружение католики в Западной Европе. То были слова и указы, которые меняли людям национальность, кандалами приковывали к политике нарождающегося государства. Венедов, вепсов, часть финнов, марийцев, тюрков, варягов — всех разом назвали русскими.

Новым народом. Прежде имя относилось к варягам (норманнам). Теперь ко всем. Русский значило житель Руси, подданный Рюриковичей.

*

Согласно Бертинским анналам, скандинавским сагам и другим рукописным источникам того времени, термин «русский» (рус) относился к царскому роду. К Х веку его значение расширилось, потому что изменилось само понятие «рус». Прежде Русью называли и побережье к северу от Стокгольма, где была царская вотчина, но появились вотчины норманнов на другом берегу Балтики, и русскими стали называть уже всех подданных норманнов.

*

Эта трансформация обычна у тюрков. Так, подчиненных роду Кира со временем назвали киргизами, подвластных роду Барса — барсилами или парфянами, роду Кушан — кушанами и так далее.

*

Термин был без малейших этнических признаков, без намека на духовное или кровное родство, на общую культуру. Один голый смысл. Он относился к населению. Но... делал всех своими. Братьями. Согражданами. То была политическая удача Москвы, ни Киевская Русь, ни Новгородская республика до такого изящества мысли не дошли. Решение просто гениально.

Слово, всего лишь слово, объединяло разноязыких вассалов Орды, давало им шанс на создание государства..

*

Русский значило не ордынец! Для ордынцев, прибывших на Русь, того оказалось достаточно, их новое имя позволяло прижиться в чужой этнической среде, вписаться в новое общество и почувствовать себя как рыба в воде... Караси и щуки плавали теперь рядом. Безвинное на вид словотворчество открыло удивляющие горизонты. Разумеется, никто не видел в том руки Запада.

*
А это было первое прикосновение Рима к политике Москвы, христианство начинало атаку на арианство, на его последний оплот в Европе, который оставался только на Руси.

*
Конечно, со стороны все выглядело не как борьба двух религий. Совсем иначе. Сама собой «собиралась» Великая Русь; московский князь завоевывал соседние земли; сама собой зарождалась новая русская культура. Но так — самостоятельно! — ничего в жизни не рождается. Все имеет причины и следствия. Москва своей «русской картой» повторяла известное с эпохи ариев, здесь закипал «котел», где плавились и варились культуры разных народов, но на этот раз у «котла» стоял повар с папской тиарой на голове. Он готовил блюда и меню, он сервировал стол и угощал ариан едой, приготовленной по христианским рецептам...

Политику Европы теперь вел все-таки Рим.

*



Брак московского князя Ивана III и греческой принцессы Софьи Палеолог, который состоялся в 1472 году по инициативе папы римского, на многое в тех случайных событиях открывает глаза. Многое объясняет. Софья, воспитанница папы, правила в Кремле, она утверждала решения!

*

«Русская карта» привлекла Рюриковича тем, что позволила московским ордынцам проникнуть в Новгород на правах брата и развалить новгородское вече. Рим через свою воспитанницу умело водил руками московского князя... Конечно, не в один день вершились события. Даже не в один год. Ослабляя доверчивых новгородцев поборами и оговорами, увеличивая им оброк, Иван III действовал через семейные узы, через правила династии. Он провоцировал события, как только мог, пока в 1478 году не явился в Новгород собственной персоной. И город покорился «всей его воле».

*

То была чистая победа русской Москвы над русскими же. Иных новгородцев, кто из Рюриковичей, взяли в Москву, кто проще, отселили в глушь, чтобы ослабить варяжский клан на Руси и усилить московский.

*

В Новгород прислали ставленников московского князя из служивых людей. Тогда город, видимо, и стал полноценным Новгородом, а не Холмгардом.

*

Перемены наступали большие, на политический небосклон Руси выходили новая столица и новый правитель, правда, подчиненные Орде. Из Новгорода вывезли не только родственников князя, но и вечевой колокол, символ свободы Северной Руси, его повесили в Московском Кремле, на колокольне, чтобы «с прочими колоколы звонити»... Русское братство, собранное из «прочих», и колокольному звону придавало значение.

*

Чтобы каждый знал, где ему звонить. И как.

Ради сплочения народа были заложены новые монастыри арианского устава. Вернее, алтайского. Один из них — Калязинский монастырь, там игуменом служил сын боярина Кожи, с юных лет принявший монашество и имя Макар (Макарач), что по-тюркски значило «великий правитель», «великий арий», его имя потом переделали на «греческий» лад, на Макарий... Тогда же отношение к религии на Руси было серьезным, ведь арианство не только объединяло разноязыкие народы, но и давало право московскому князю в скором будущем стать царем.

*

И хотя имя «русский» все еще означало данник Москвы, оно не смущало. Наоборот, казалось естественным, потому что жизнь менялась в пользу нарождающейся Московии. А вот «Господин Великий Новгород» терялся в суете новой жизни. Вскоре северный порт Руси стал заштатным городом. Он, потом Псков... Здесь своя долгая, еще не написанная история, но их падение — итог продуманной политики Рима, который имел свои интересы в Скандинавии и на Европейском Севере. Эти города были ему конкурентами.

*

Умом, и только умом, побеждала Москва, другого оружия не было... Удивительно, захват Северной Руси протекал на глазах Орды и не вызывал подозрений! Почему?
*

Потому что там события восприняли совсем по-другому, чем в Новгороде, там видели старания московского князя. Иван III захватывал один за другим: Ярославль, Новгород, Тверь, Вятку, Пермь, другие города-княжества, а ордынцы его приветствовали как приверженца великого хана, верного слугу. Благодарили подарками. Это, пожалуй, красноречиво показывало не успехи московской политики, скорее, близорукость ордынской власти. Она уже не умела ничего замечать.

*

Строго говоря, серьезных проблем с Московской Русью у Орды не было до 1497 года, пока там не приняли Судебник, в котором прописали нормы суда и аппарата насилия, утвердили исполнительную власть, единую на «всей Руси». Иначе говоря, пока Русь не отошла от Ясы Чингисхана.

*

Документ провозглашал Русское государство, субъект права, но и это не заметили в Орде. Там были заворожены Москвой, ее успехами.

*

Видимо, тот восторг — плод оценок папских советников, которые со времен Батыя осели в столице Золотой Орды и влияли на ее политику... Сомнительно? Нисколько. Хотя и кажется сомнительным. В Сарае был огромный «западный квартал». И не один. Пятую колонну утвердил в Орде сам Батый.

*

А московский Судебник стал юридическим памятником эпохи, хотя на своих страницах он излагал тюркское право, которым пользовались в Европе, на Ближнем Востоке, в Китае.

*

Московиты, того не ведая, продолжили традиции Дешт-и-Кипчака на Руси. Иначе поступить они не могли. Опять-таки брали то, что знали... В этом скрыта тайна человеческой натуры, она проявилась и в «русских тюрках». Где бы они ни жили, всюду поступали так, как велели традиции предков. Разумеется, те традиции старались изменять с учетом условий новой жизни, но, как говорится, «запах мускуса оставался». Всегда.

*

Не сама родилась и московская юриспруденция, в ней были «ордал», судебный поединок, или «суд Божий», а главной считалась камча (кнут) — «мать порядка», на которой строилось «московское право». Иного тюрки не признали бы...

*

Документ не расходился с Ясой Чингисхана, но отличия в нем, конечно, были. Например, Иван III себе взял титул «Государь всея Руси и великий князь Владимирский, и Московский, и Новгородский, и Псковский, и Тверской, и Пермский, и Югорский, и Булгарский», что тоже в тюркской традиции. Титул показывал численность «орды», то есть тех, кто стоял за ним. Еще шаг, и правитель становился царем арианской Руси, но для этого требовалось время. И воля Всевышнего.

*

Есть основания полагать, что на самом деле титул звучал иначе, в нем фигурировали слова «каган» и «хан». Установить это ныне не представляется возможным, ибо документы того периода «подчищены» либо уничтожены, но из того, что не тронуто цензурой, видно, князей на Руси называли беками и ханами.

*

Так, например, писал тверской купец Афанасий Никитин в конце XV века о правителях Руси. Эти же обращения есть и в других документах той эпохи.

Равно как, судя по тем же источникам, в молитвах к Богу на Московской Руси обращались: Тангры, Алла, Худай, Дангыр, Гозбоди... Случайными подобные обращения не назовешь.

*

Разумеется, «собирание Руси» шло всюду по-разному, но единая рука, вершившая дело, чувствовалась. В 1463 году пало Ярославское княжество, в 1474-м — Ростовское. Зимой 1478 года обессилили Великую Пермь, потом Тверь и Вятку. Одни князья сами отдавали Москве земли, поручая ей опеку своих детей. Другие, продав все, шли на службу Кремлю. Третьи, обеспечивая спокойное княжение при жизни, завещали ей земли после смерти... Решалось семейное дело Рюриковичей! Сильнейший брал власть, он объединял не Русь, а свой тухум. Так точнее.

*

На Руси княжества были не самостоятельными, а удельными, «уделом» называли долю члена княжеского рода в родовом владении. Управлял уделами член великокняжеской семьи, то есть глава рода Рюриковичей. Это — правила тюркского юрта.

*

Русские князья были родственниками... Но они волею судеб вошли в российскую историю под разными фамилиями. Например, Шуйские, их родовое гнездо размещалось в Шуе (отсюда фамилия), приходились московским Рюриковичам, видимо, двоюродными братьями. Этот род играл заметную роль в Русском государстве — виднейшие бояре. Его представителей звали Шуйские, Скопины-Шуйские, Глазатые-Шуйские, Барбашины-Шуйские, Горбатые-Шуйские, потом приставка «Шуйские» от фамилии отделилась. И ветка царского рода как бы начиналась заново.

*

Татищев в своей «Истории Российской», цитируя западных историков, пишет о Шуе следующее:

*

«Русь... она же Хунигард именуется, для того, что там первое поселение гуннов было. Ее стольный град был в Шуе... Русов стольный град... есть Хива или Шуе». Эти слова ценны тем, что написаны в XVIII веке, когда к исправлению российской истории только-только приступали. Как видим, сведения о Руси и русских были совсем другими, чем изложенные по указке иезуитов в более поздних российских «историях».

*

Собственно, в двойных фамилиях и их разрыве состояло «запутывание», вернее, деление рода на колена. Чем больше колен предков, тем родовитее человек, носитель имени, это известно. Вместе с тем дробление маскировало царский род, его молодую поросль, то было уже самосохранение, оно проявилось у Ахеменидов, Аршакидов, самих Рюриковичей, у их близких родственников, например, у того же Вильгельма Завоевателя и других норманнских правителей, которые были представителями той же царской династии, давшей начало иным европейским аристократическим родам.

*

Скажем, во Франкском государстве первая королевская династия Меровингов имела те же корни, что и Шуйские. Только в отличие от последних, их родовое гнездо было не в Хиве (Шуе), а в Мерве. Отсюда и прозвище этих королей, голубоглазых, белокурых, как их сородичи с Алтая. Тюркское происхождение этих франкских королей настолько очевидно, что епископ Григорий Турский в «Истории франков» предпочел не упоминать имени Меровингов. Хотя, возможно, эти имена потом вычеркнула церковная цензура.

*

Имя (по-тюркски им — «знак», «пароль») есть знак судьбы, пароль предков...

*

Так со времен Алтая сохранялся священный род царей. Его делали бессмертным.

*

Москва Ивана III мужала, становилась зажиточной. Были там воеводы с дружинами, однако защитить город они не могли, на армию Русь не имела прав, их ограничивал договор с Ордой... Здесь вновь проступает очередная «тайна» российской военной истории — как Москва, не имевшая войска, собрала Русь, вела войны и побеждала?! Возможны два ответа. Либо не было войн, либо они придуманы! А их действительно не было.

Той же Куликовской битвы, например, в 1380 году.

*

Легенда о Куликовской битве придумана в XVIII веке. Ее идею дал немец Кранц, который в XV веке написал книгу «Вандалия», где упомянута битва русских и ордынцев осенью 1380 года на реке Синяя Вода. Победили русские, они увели много скота... Вот и все сведения, что нес тот «летописный источник», на который ссылаются иные историки. Эпизод, которых тысячи, с него и началась легенда о Куликовской битве, о монахах с языческими именами из Троице-Сергиева монастыря и о многом другом.

*

Немец привычно назвал русскими норманнов, отлично он ориентировался и в географии, знал, что река Синяя Вода — приток Южного Буга, это Украина, что за русских воевала Белая Русь, она враждовала с Ордой. У нее было войско. Впрочем, о том же писал и Карамзин в примечании к основному тексту своей «Истории...».

*

Так или иначе, а на Куликовом поле нет следов битвы... И никогда их не было... Против вольной трактовки истории в свое время выступала Русская церковь, потому что поставлены под сомнение житие святого Сергия Радонежского и других деятелей Руси, которые никакого отношения к «войску» Дмитрия Донского не имели. Однако и Церковь потом уступила напору политиков.

*

Дмитрий Донской не знал ратных дел, «будучи младенец незлобием», как говорили современники, был робким и больным человеком, «он до конца жизни хранил девическую стыдливость... и носил власяницу на голом теле», то есть знак скорби и бессилия. Осень 1380 года он провел в Костроме.

Князь и меча никогда не держал, но стал российским национальным героем при Петре I, а русским святым — при Президенте Горбачеве, то есть через пять веков...

*

Легенды, появившиеся в истории Руси, — это политика, ее игра, больше того, тактика Запада, начало которой положил император Константин, объявив о христианстве.

*

Если сочинены Евангелия, то почему нельзя придумать житие Дмитрия Донского, Александра Невского или других персонажей, мельче масштабом? Вот и придумывали...

*

Эти греческие традиции пришли в Москву в XV веке. Тогда здесь впервые замелькало и слово «славяне», обращенное к русским. Не громко произносили его, но уверенно. Из Кремля шло!

*

Нового народа на Руси, конечно, не прибавилось, все оставались прежние, а вот слово с этническим признаком оказалось ко двору, оно усилило «русскую карту».

*

Это западное slave, как известно, по-разному находило себя в Восточной Европе, в Москве оно утвердилось при Софье Палеолог, греческой царевне. В нем был дух Византии, который с тех пор вошел в поры и щели Кремля, стал сутью российской политики.

*

Греки, потеряв в 1453 году Византию и Константинополь, смотрели на Русь, как на спасительную соломинку, им требовался союзник в борьбе против мусульман и против католиков. Их первое «подстрекательное» письмо, выдержанное в полутонах, пришло московскому князю еще в 1393 году. Но не имело успеха.

*

Греческая идеология, равно как и сами греки, не показалась боярам заслуживающей внимания. Тем не менее полемику среди русского духовенства греки вызвали: низложение московского митрополита Исидора, возможно, было итогом их интереса... Здесь темная и очень запутанная история, разобраться в которой не представляется никакой возможности. Но факт остается фактом, Русская церковь (митрополия) разделилась на восточную и западную партии. Одна осталась на прежних позициях, другая перешла на христианские (униатские) правила. Первая обосновалась в Москве, вторая — в Киеве.

*

Страна Рюриковичей была колонией Орды, следовательно, ее внешнюю политику вел великий хан. Но общение на уровне духовенства не возбранялось, в традиции Орды была веротерпимость, ее и использовал Запад в своей политике.



Уже тогда, травя Ивана Грозного, Запад стал готовить бояр-изменников, которые, в конце концов, убили законную власть в Москве. Уже тогда Запад начал склонять на свою сторону влиятельных славян, им сулил награды и выгоды. Он соглашался на все, лишь бы завладеть Русью — этими огромными воротами на Восток...

*

Русь, ставшую союзницей Запада, Поссевино в письме кардиналу назвал Россией. Он первый, кто произнес это слово! Новый топоним был составлен строго по иезуитским правилам: окончание «-ия» указывает на это, оно в традиции латинского языка. Отсюда — Франция, Англия, Италия и так далее. То есть «страна», вместо тюркского «стан».

*

Но у иезуитов, этих авторов современной европейской топонимики, всегда были просчеты. Во Франции, например, провинцию, где говорили на диалекте «ок», прежде называли Лангедок или Окистан. Добавка к тюркскому топониму латинского окончания «-ия» дало Окситанию, и получилось вроде масло масленое. Подобная ошибка и в самой Франции, которая прежде называлась Эль де Франк.

*

Распространенное в топонимах Европы окончание «ленд» произведено от тюркского «ил», «ел», «эль» (народ, страна), которое через «елен» (чья-то страна, персонифицированная земля) иезуиты преобразовали в «лен», «ленд»... Это в их традиции: где-то букву в слове меняли, где-то само слово. И факт, стоящий за этим словом, обретал совсем иной смысл.

Tags: Алтай, Европа, Иезуиты, М. Аджи, Наполеон, Россия, история, лилии и пчелы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments